Когда открыты двери Рая…

С некоторых пор Адам ненавидел рассветы.

Тогда всё случилось под алое зарево восходящего морского солнца. И после того дня Адам навсегда перестал быть собой. Осколок, не более.

Летнее солнце выглянуло из-за крыш домов и ослепительно коснулось глаз. Адам поморщился, но уже стало легче. Ещё один день.

Вдруг заиграла полифония телефона — "Имперский марш".

Адам, не торопясь, пересёк комнату. Подержал в ладони бьющийся от судорог вибры телефон…

— Слушаю.

— Адам, что ты так долго? Каждая минута на счету.

— Владлен, что стряслось? Не мельтеши.

— Андрогин в твоём округе!

Адам легко поморщился:

— И стоило меня поднимать ни свет, ни заря?

— Как будто ты спал? — парировал Влад. — Собирайся… только что аналитики выдали заключение. Вероятность появления ещё одного девяносто семь процентов.

— Как определили? — поинтересовался Адам.

— Электронная почта. По структуре писем. Парня зовут Дмитрий, девочку — Наташа. Но это их подписи — не ручаюсь, что имена настоящие. Она откуда-то из Подмосковья. Парень из Киева. Более точно не скажу, пока что получилось определить только внешние шлюзы провайдеров.

— Эсбэшников подняли?

— Нет. Это твоя забота, пусть заодно передают всю информацию сразу на тебя. Удачной охоты…

— А кто со стороны девочки? — запоздало спросил Адам, но в трубке уже мерно билось электронное сердце. Адама иногда казалось, что человечество раскинуло над планетой незримую сеть. Знать бы ещё, не пожалует ли паук в такое заботливо созданное логово? Или уже пожаловал — и всё, что происходит, следствие человеческой безалаберности.

Адам прошёл на кухню, быстро приготовил немудрёный завтрак: кофе, тосты, сыр, немного мёда, апельсин. Времени особо не было, но Адам не собирался спешить. Ничего с ещё одним малолетним психом не сделается — перехватим.

Глянул в окно, на залитый солнечным светом двор — по дороге в обнимку возвращалась домой влюблённая парочка.

— Ненавижу… эту чёртову любовь, — процедил Адам и опустил жалюзи.

Прошёл в кабинет, выбрал из россыпи "корочек" что-нибудь повнушительнее и ближе к Украине. Интерпол? Или просто высокий чин СБУ? "HATE"[1] снабжала своих сотрудников документами на все случаи жизни… и смерти.

Адам сделал несколько звонков и довольно улыбнулся, представив, как заработали шестерёнки государственного аппарата, как забегали муравьишки-опера и неторопливые жуки-чиновники. Скоро в его распоряжении будет огромная сила. Но справится ли она с той Силой, что толкает парнишку, ещё неизвестного Адаму, на самоубийственный путь. Мотылёк… Бедный, глупый мотылёк. Адам не мог ему позволить достичь своей цели.

— Бедный мальчик, ты всего-навсего полюбил не ту девочку… — прошептал Адам, замирая в кресле. Предстояла неприятная процедура — он должен был вспомнить, что это такое… чувствовать.

Адам воскресил в памяти давнее своё стихотворение (Заклинание? Мантра? Суеверие?) — он так становился собой. Смешно? Наивно?

— Да, смешно… и страшно, — пробормотал про себя Адам, закрывая глаза и вслушиваясь в тёплое биение сердца.

Строки легко вернулись, как будто только и ждали, когда он позовёт.

"Легко склонюсь над белизной руки и поцелуй запечатлею скромно. Меж нами пропасть и она бездонна, меж нами ярость и покой реки. Я промолчу. Сегодня много слов. Но ни о чём тебе они не скажут. Картины пишут маслом, хлеб им мажут. Да, путь иронии, увы, давно не нов…