Кодекс скверны. Разжигая Пламя

Преступив порог, Брутус обвёл гостиную хозяйским взором. В мраморном камине уютно потрескивал огонь, хрустальная люстра освещала низкий круглый стол чёрного дерева. В мягких креслах расположились шестеро и, деловито потягивая вино из золочёных чаш, инкрустированных самоцветами – работа лучшего ювелира Прибрежья, – вели неспешную беседу.

Он довольно глянул на своих рабынь, которые в откровенных платьях из пурпурного шифона скромно держались в стороне, готовые в любую минуту выполнить очередную прихоть дражайших гостей. Подбирал он невольниц с особой тщательностью: тонкие талии, упругие груди, соблазнительные изгибы бёдер – эти сервусы не для тяжёлой работы, они призваны радовать господский взор.

Завидев Брутуса, присутствующие поднялись. Он радушно поблагодарил гостей за визит и уселся в кресло, подчёркивающее статус своего владельца высокой спинкой с золочёным орнаментом. Тридцать вторая застыла рядом, покорно опустив глаза в пол.

От внимания Брутуса не ускользнули любопытные взгляды гостей, буквально щупающие, изучающие его фаворитку. Что ж, неудивительно, она и впрямь хороша собой, особенно сегодня, в этом платье с глубоким декольте, едва прикрывающим соблазнительные груди. Чёрные волосы собраны в тугой высокий хвост, чувственные губы слегка приоткрыты, серые глаза обрамлены густыми ресницами. Правда, клеймо немного портило впечатление, смотрясь неестественно на таком нежном, почти кукольном личике.

– Приношу свои глубочайшие извинения за опоздание, – с напускной вежливостью произнёс он, хотя этот факт его нисколько не волновал. – Надеюсь, вас приняли как подобает?

– Не волнуйтесь, дорогой друг, – заверил Келсий, худощавый низкорослый господин с огромной родинкой на левой щеке. – Ваше гостеприимство всегда меня восхищало.

Другие магистры с готовностью поддержали говорившего, восхваляя вино и изысканные угощения.

– Превосходно! – удовлетворённо кивнул Брутус. – Вы наверняка гадаете, к чему такая срочность, но спешу вас заверить: дело действительно серьёзное и не терпит отлагательств. Утром из Регнума прибыл Линус с весьма занимательной вестью. Не так давно он виделся с принцепсом, и у них состоялась достаточно интересная беседа, о которой я не могу вам не сообщить, поскольку предложение Максиана звучит более чем заманчиво.

– Да что вы говорите! – толстые губы Улисса растянулись в улыбке. – А я и не знал, что принцепс искал с нами встречи.

– Прошу меня простить, но им были выдвинуты условия строжайшей секретности. К тому же, не имея ни малейшего представления, о чём пойдёт речь, я не хотел отвлекать вас от более важных дел пустой болтовнёй.

– Мне уже не терпится узнать, что понадобилось принцепсу от Легиона. Насколько мне известно, он нас несколько недолюбливает, мягко говоря, – Эолус, пожилой магистр с огромной плешью на макушке, пригубил из чаши.

– Я тоже наслышан об этом, – подтвердил Келсий, – но разве это так важно? Бизнес и личная неприязнь не должны соприкасаться.

– Вы абсолютно правы, – поддержал его Брутус, – потому я и согласился на встречу, пусть и заочную. И могу вас заверить: не прогадал. Что ж, не буду испытывать ваше терпение. Принцепс желает заключить с нами союз. И не против какого-то там вшивого чиновника, а против самого короля!

– Вы, наверное, шутите? – недоверчиво нахмурился Эолус.

– А разве я похож на шута? – Брутус укоризненно выгнул бровь. – Да, согласен, звучит действительно… к-хм… необычно. Но позвольте вам всё пояснить: оказывается, дочь Урсуса возжелала вернуть себе право на престол и, что самое удивительное, даже нашла поддержку. И, кажется, не только в лице принцепса. У меня есть серьёзные основания предполагать существование других участников заговора, хотя о них пока ничего не известно.

– И в чём же наша выгода? – подозрительно скривился Улисс. – Мы и без того прекрасно себя чувствуем при Юстиниане. Кому нужны все эти смуты?

– Я бы с вами поспорил на этот счёт, – возразил Эолус. – Что ни год, налоги растут, как грибы после дождя. Ещё с десяток лет, и мы – видят боги! – окончательно разоримся.

– А что конкретно предложил принцепс? – Келсий с любопытством посмотрел на Брутуса.

– А вот это самое интересное! Нам предложили независимость Опертама, господа, – торжественно заявил он. – А вместе с ним, разумеется, и Легиона. Держу пари, Юстиниан никогда бы не пошёл на такое.

В гостиной воцарилась тишина. Магистры усердно переваривали услышанное, прикидывая в уме все перспективы и риски от союза. Одна из рабынь, позвякивая серебряными браслетами, принялась подливать вино в опустевшие чаши.

– Независимость… – медленно проговорил Келсий, будто пробуя это слово на вкус. – А принцепс далеко не дурак! Знает, чем заинтересовать.

– Будь он дураком, давно бы ходил под нами, – чопорно заявил Эолус. – Помнится, последний раз я самолично предлагал ему четверть миллиона всего за одну подпись. И он отказался! Представляете? И вот как, скажите на милость, контролировать того, кого нельзя ничем подкупить?