Код Гагарина

Будучи давним другом «семьи» Маскаева, я не мог оказаться в стороне от событий, которые однажды привели к ухудшению, если не сказать – началу разрыва, отношений между Андреем и Таней. Кроме того, так уж совпало, что мне по долгу службы пришлось заниматься деятельностью некоторых лиц и организаций, с которыми пересекся жизненный путь моего старого товарища. К сожалению, в тот момент я еще не знал, каким именно образом Андрей оказался в гуще тех драматических и жутковатых событий, лишь позже стало ясно, что его странная связь с оккультным сообществом (чью деятельность мне было поручено взять под наблюдение), оказалась первым толчком для начала серьезных проблем в его семье.

Строго говоря, Андрей Маскаев и Татьяна Черепанова не были официально зарегистрированными супругами, хотя они и прожили вместе несколько лет. Должен сказать, что ни он, ни она совсем не походили на людей, которым было бы комфортно связать себя узами брака. Слишком уж они были оба свободолюбивы и непостоянны. Андрей натурально и нагло увел Татьяну у меня еще в те годы, когда он и я только еще начинали строить каждый свою карьеру, если, конечно, это слово применимо к многочисленным и разнообразным занятиям Маскаева. Подозреваю, что именно ради Татьяны он даже списался с флота на береговую работу; пока я месяцами мотался по «горячим точкам», Андрей не терял даром времени. Меня немного удивляло, что, когда уже сам Андрей уезжал куда-нибудь надолго, то у Тани обязательно появлялся поклонник (а то и не один), и я одно время даже надеялся, что она опять будет со мной. Но Маскаев неизменно возвращался, и Таня немедленно отшивала тех, кто нарезал круги поблизости. В том числе и меня, как это ни печально сознавать. С Андреем мы не раз и не два встречались за рюмкой спиртного, и он мне рассказывал о своих приключениях в городах и весях. Эти приключения были довольно однообразными и отличались, как правило, лишь именами: Наташа, Юля, Фэнь Янмэй, Любовь Петровна, Лена, Алена, Фирюза, Юмико и еще одна Лена. Не стану выставлять себя великим моралистом, а все-таки таких бабников, как мой друг Андрей, было еще поискать. Но, рассказывая о своих сексуальных «подвигах», он крайне редко делился со мной, даже будучи подшофе, тем, что с ним происходило еще. О других его приключениях я узнавал значительно позже, от Тани. Андрей, оказывается, несколько раз действительно бывал на волосок от гибели почти в любом из своих вояжей – будь то командировка на Север, покупка автомобиля в Белоруссии на перегон, или поездка с не очень внятной целью на Курильские острова, в сопровождении Тани, кстати. Судя по всему, Маскаев еще в школьные времена был мастер притягивать к себе разные катаклизмы, вплоть до самых глобальных. Достаточно вспомнить, что в апреле восемьдесят шестого он гостил у родственников в Припяти, а тремя годами позже сумел уцелеть в чудовищной железнодорожной катастрофе в Башкирии. Я уже не говорю о взрыве химического завода на Северном Кавказе, когда Маскаева объявили погибшим официально. Что касается произошедшего на Алтае, то это вообще отдельный разговор, и об этом я тоже узнал от Тани, после того, как Андрей исчез, и мы с ней стали немного чаще встречаться. К сожалению, лишь немного.

Уже после случая на Алтае, как рассказала Таня, Маскаев устроился в авиационную компанию, экипаж которой неделями, а то и месяцами бороздил воздушное пространство Африки. Это произошло около полугода тому назад. Татьяна сказала мне, что авиаторы порой забирались в самые опасные и глухие места «черного континента», и что Андрей вообще-то собирался «завязать» с этими полетами, но не успел. О падении самолета в Конго, на котором летал Андрей, средства массовой информации сообщали скупо (а кого нынче удивишь подобной аварией?), да и компания была не российской, а литовской. Словом, Андрей исчез, на связь никаким образом не выходил, и Таня была, по ее словам, в сильнейшем беспокойстве. Несмотря даже на то, что они уже всерьез (как мне думается) рассматривали возможность гражданского «развода» после возвращения Андрея из экспедиции. Но пока ситуация оставалась такой, что называется, «подвешенной», Таня и слышать не хотела о том, чтобы закончить отношения с Маскаевым «заочно» и в одностороннем порядке.