Книга II: Гимн Непокорности

Илисия держалась за локоть Велайда и не могла поверить, что её любимый малыш настолько вырос. Еще вчера, казалось, она баюкала его на своих коленках. А сегодня этому статному красавцу самому впору носить мать на руках. Ах, до чего ж неумолим бег времени…

— Что такое, мама? Почему ты столь странно смотришь на меня? — пробасил молодой аристократ, заметив пристальный взгляд спутницы.

— Ничего, сердце моё. Не обращай внимания, — ласково прощебетала женщина.

— Ты всё еще не хочешь рассказать, куда меня ведешь?

— Наберись терпения, сладенький. Скоро узнаешь, — загадочно улыбнулась она.

— Мама, я же просил не называть меня так! — лицо Велайда залилось смущенным румянцем, а сам он нервно огляделся, желая убедиться, что никто из прохожих этого не слышал.

— Знаю-знаю, прости, — повинилась Илисия. — Порой я так скучаю по тем годам, когда мы с тобой и Ведой посещали ярмарки или представления бродячих артистов. Тогда жизнь была такой простой и беззаботной…

— И всё же, я давно не ребенок, и эти телячьи нежности ставят меня в неудобное положение, — по-подростковому жестко и прямолинейно заявил нор Адамастро третий.

— Ах, мой милый, не сердись, — грустно вздохнула аристократка. — Ты обязательно поймешь меня, когда у тебя самого появятся дети. Это так невыносимо-щемяще видеть, как они вырастают…

— Да-да, мама, хватит уже об этом, — нетерпеливо отмахнулся парень.

— Как скажешь, сын. Но тогда не допытывайся, куда мы идем, — мстительно ухмыльнулась женщина.

— Так нечестно, мама! Просто скажи мне!

— Пусть это станет для тебя приятным сюрпризом, — не уступила Илисия.

Дальнейший путь семьи дворян проходил под аккомпанемент недовольного сопения Велайда. Однако врожденное упрямство не позволяло ему вернуться к расспросам.

— А вот и он… — задумчиво изрекла мать.

— Кто? — принялся вертеть головой юноша.

— Тот, кто очень сильно помог всей нашей семье, — туманно поделилась она.

Женщина взяла курс прямиком к одиноко стоящему с краю небольшой площади господину. Усатый, худощавый и сухопарый, он не производил какого-то исключительного впечатления. Однако сквозь его общий утомленный вид отчетливо проступало что-то армейское. Молодцеватой выправке этого мужчины вполне могли бы позавидовать большинство окружающих. И у юного нор Адамастро что-то вяло шевельнулось в памяти. Кажется, он уже где-то видел это лицо…

— Экселенс нор Палви, какая неожиданная встреча! — наиграно всплеснула руками Илисия, когда они с сыном приблизились.

— Для вас, прекрасная милария, я просто Висант, — галантно склонился усатый и поцеловал тыльную сторону ладони женщины. — Велайд, приятно видеть тебя. Похоже, к следующей весне ты перерастешь своего отца!

— Э… вы знаете меня? — удивился юноша.

— Разумеется, — сдержанно улыбнулся нор Палви, воздержавшись от дальнейших пояснений.

— Что вас привело к вековой аллее? — продолжала разыгрывать спектакль супруга Одиона.

— Не поверите, но дела, — многозначительно поиграл бровями экселенс. — Однако с ними уже покончено, и я совершенно свободен. Не соблаговолите ли составить мне компанию на небольшом променаде, милария?

— Нисколько не возражаю, — томно прикрыла веки аристократка.

— Велайд? — вопросительно глянул на её спутника мужчина.

— Кхм… разумеется. Как скажете.

Троица высокородных неспешно двинулась вдоль широкой дорожки, которую обрамляли деревья, кои не очень часто можно встретить в Клесдене. Молодой нор Адамастро при этом постоянно косился на их нового спутника. Что-то в поведении матери и этого усатого господина смущало парня. Но вот что именно, он сказать не мог.

— Скорбные вести пришли с юга, — как бы невзначай обронил экселенс нор Палви. — Патриархия потеряла целый кавалерийский полк.

— Что вы говорите, Висант? — театрально прикрыла рот Илисия. — Какой ужас! Как же это произошло?

— Через Клесден проследовал гонец с посланием от Королевства Медес. Он очень спешил в Арнфальд, а потому я не успел толком расспросить его. Пока об этом неизвестно широкой общественности, но и смысла утаивать я не вижу. Ведь через луну-другую о случившемся узнает и распоследний бродяга.

Дворянин испустил тяжелый вздох. Однако юному Адамастро он совсем не показался искренним.

— Дело в том, что не так давно у Патриарха возникла необходимость направить подмогу нашему южному соседу. Для этих целей был сформирован Сарьенский конный полк числом в семь сотен копий. В него вошли представители более тридцати знатных фамилий. Но к месту несения службы никто из них так и не добрался. Спустя полторы седмицы дозорные Медеса обнаружили следы битвы и разграбленный могильник неподалеку. Судя по всему, полк столкнулся с неопознанным врагом и был перебит. Все находки указывают на то, что никто из доблестных солдат нашей державы не выжил. Тот, кого не добили на поле боя, попал в лапы кьерров. И я даже не берусь судить, какая из этих участей хуже.

— Создатель Многоокий, до чего же грустно слышать… — вопреки смыслу сказанного, на устах Илисии заиграла самодовольная и мстительная улыбка.