Клиническая онтопсихология

Необходимость психотерапии связана с утратой человеком части себя, своей идентичности. В соответствии с собственным экзистенциальным порядком он должен восстановить ее и сделать для себя очевидной. Практика онтопсихологии направлена на восстановление функциональных способностей Ин-се человека*. К этому приводит диалог, который передает онтическую семантику Ин-се. Онтотерапевт и пациент взаимодействуют для того, чтобы возникло нечто новое, то есть произошло откровение как результат осознания «первичного процесса»*. Под откровением подразумевается проявление «в-себе-бытия»*, это самоданность, априорное рождение, которое приводит в восхищение. Благодаря развитию диалога на научных основаниях раскрывается то, что отсутствовало в феноменологии предпосылок.

Искусство онтопсихологии предполагает мастерское владение инструментом диалога и, в особенности, ясное осознание психической динамики в классическом психоаналитическом смысле.

По этой причине, прежде чем представить возможности клинического применения онтотерапии (выздоровление, или восстановление сознания бытия), было бы уместно объяснить особый смысл, который онтопсихология вкладывает в терминологию современной психологии.

Терминология состоит из множества моментов, в которых проявляется внутренний мир человека и его историческое развитие. Хотя человек обладает внутренней основой, фактически он движим внешним. Поэтому необходимо говорить с ним извне, чтобы привести его к тому, чтобы он был внутри: если субъект утрачивает свое внешнее, где он осуществляет метаболизм собственного Ин-се, то никогда не сможет найти его внутри. Утрата феномена приводит к опустошению ноумена.

Онтопсихолог творит искусство Ин-се, используя все аспекты его внешнего проявления.

Это один из наиболее сложных и неоднозначных терминов, он принадлежит к тем понятиям, которые исходят из недоказуемой предпосылки. Бессознательное состоит из совокупности инстинктов.

Используя слово «инстинкт», каждый автор дает ему психологическое и философское определение с позиций своего научного направления*.

Под «инстинктом» подразумевается наследственное видовое поведение, филогенетическая связь: это коррелят наследственного комплекса, обеспечивающий возможность существования, сохранения и роста.

Это совокупность структур или одна из тех структур, которые формируют целостность типичного существования.

Собака обладает набором моделей и структур, которые характеризуют и идентифицируют ее в модели существования, определяют ее как собаку. Эти характерные особенности формируются в тот момент, когда структуры создают феномен, когда структурированный импульс при выходе из организма проявляет и выражает себя.

Повторение в поиске одного и того же объекта типизирует инстинкт.

Мы видим, что растение или человек в определенном поведении, движении проявляет желание пить, ищет воду и пьет. Поиск и поглощение данного объекта позволяют нам идентифицировать определенный инстинкт – инстинкт жажды. Но этого недостаточно, чтобы сказать, что данное поведение является наследственным: что же лежит в основе наследственного поведения. Также недостаточно сказать, что существует структура в целостной совокупности организма или типичной совокупности существования (голод, жажда, секс и т. п.). На чем они основаны. Если различные структуры формируют совокупность, то где источник каждой из них.

Инстинкт – это единая структура, проявляющаяся в предметном поведении.

Следовательно, инстинкт – это нечто самодвижущееся, всегда соответствующее единой структуре, проявляющейся через предметное поведение, то есть «в отношении к чему-то».

Мы постигаем инстинкт в целостной структуре и определяем его через объект, на который он направлен.

Этот поиск необходим для получения конкретного материала и объяснения того, откуда рождается бессознательное.

Это не поиск принципа, а наблюдение за сущностью инстинкта в месте существования.

Как образуется это место существования.

Наше сознание познает инстинкты после многочисленных уже произошедших фактов. То, что мы определяем как «инстинкт», является шагом на пути, во многом уже пройденном. Когда я вижу, что человек испытывает жажду, я знаю, что эта жажда появляется не из ничего, а из некой совокупности, существующей среди многих других совокупностей.

Когда мы говорим «инстинкт», это подобно слову, выдернутому из речи. Мы знаем лишь то, что идет после этого слова, но не знаем, что было до него.

Чтобы испытывать жажду, необходимо иметь желудок: камень не испытывает жажду. Иными словами, мы должны обладать специальным аппаратом, способным к определенному метаболическому захвату, то есть транспозиции, ассимиляции и восстановлению, как, к примеру, им обладает трава, растения, то есть аппаратом как совокупностью различных структур.