Классная для мачо

— А знаешь, до тебя доходит, как до жирафа.

Она откровенно посмеивалась надо мной, когда я решил последовать за виляющими бедрами прямиком на жаркий танцпол ночного клуба. Не прекращал подыгрывать ее настроению, и наши тела таинственно сплетались в сексуальном исполнении танца.

— Я только знаю, — дразнил, приблизив губы к женскому уху, — что несколько секунд назад передумал по поводу твоего пикантного предложения. А сейчас уже не уверен.

Девушка выгнула бровь в удивлении. Глаза ее горели, пристально наблюдая за мной.

— Да кто ты вообще такой? — бестия игриво оттолкнула меня, вызвав ухмылку. Это забавляло. Заводило ещё больше. Шумная музыка подогревала и без того разгоряченную обстановку, а еще эта девчонка…

— Я? Царь и бог.

— Ой, я тебя умоляю! — малозначительно махнула на меня рукой и запрокинула голову назад, чтобы театрально рассмеяться. Затем продолжила танцевать как ни в чем не бывало. Я понял. Меня увлекало её настроение, то, как она двигалась, как смотрела и отбивалась в нашей словесной перепалке.

— Рискни! — последовало мое предложение.

— Ага. Скажи еще, чтоб встала перед тобой на колени, — кончиком языка она дотронулась до моего уха, затем отстранилась и тряхнула в танце волосами.

Да чтоб ее! Мне необходим был ледяной душ или оплеуха.

Дерзкая. Сексуальная. Непослушная. То, что доктор прописал.

Чтобы окончательно не потерять самообладание над незнакомкой, необходимо было включить свою безукоризненную улыбку, которая, я знал, никогда не подводила меня.

— Встанешь, не сомневайся, — ответил ей, и притянув к себе ближе за узкую талию, проговорил томным многообещающим голосом. — А позже добавки попросишь.

Я был твёрдым и намеренным. И к черту тот факт, что мы поменялись местами в наших с ней интересах. Теперь уже было неясно, кто кого преследовал, да и не в этом состояла суть. Я хотел ее, когда она была слишком близко, когда её рука невесомо ощущалась на мне. Голубые глаза под стеклянными линзами очков манили, заглядывали в душу, переворачивая все вверх дном, а кончик языка то и делал, что касался нижней губы. И мне хотелось попробовать её. Пусть на одни раз, на одну ночь. Пусть это не входило в мои планы. Несмотря на то что каким-то чудом я оказался в списке желаний незнакомки. Значит, вот так спонтанно, не наигранно, без имён, без будущего, без каких-либо «я позвоню, до встречи» и прочей ненужной чепухи. Не было ни сил, ни терпения, ни трезвого рассудка, чтобы противостоять этой… Раскрепощенной малышке с тёмными волосами, осиной талией и внушительным бюстом.

— Сейчас бы разложил тебя на тарелке, как самое вкусное блюдо, и, не спеша, смаковал по кусочку.

Я всегда слыл хреновым романтиком, но вот последняя фраза возникла из ниоткуда. Сам обалдел. А она замерла в моих объятиях, изучающе глядела опьяневшим от алкоголя и желания взглядом.

— Попробуй.

Ее ответ напрочь затуманил мои мозги, и, наклонившись, я медленно провел языком по бархатной коже шеи девушки.

— Лакомый кусочек, — улыбнулся, словно чеширский кот, заранее представляя обнаженные изгибы этой куколки, в то время как она задрожала от моего прикосновения.

«Ты ведь не за этим сюда пришёл?» — нарочно вмешался внутренний голос.

Ага, как же. «Саня, очнись! Опять на те же грабли?!» — негодовали остатки моего трезвого разума. Поздно. Совесть нашла совершенно не то время, чтобы призывать меня опомниться. Не тогда, когда девчонка терлась в танце умело, чтобы завести мой достаточно беспокойный в штанах двигатель.

«Ты сейчас несерьёзно», — прямо-таки почувствовал, как мое внутреннее «я» закатило к потолку глаза.

Отвали.

«Неужели, ты позволишь какой-то телке держать тебя за яйца?»

Я ухмыльнулся. Если только в прямом смысле слова.

Разглагольствования в уме слишком долго длились, и на мгновение я потерял ощущение прекрасного. Брюнетка прекратила трепетать, моргнула несколько раз, когда между нами затянулась пауза.

— И это все, на что ты способен? — разочарованно прозвучало из ее дерзкого на слова рта.

— Это я еще не начинал.

Знала бы она, что я едва сдерживал себя. Чертовка открыто издевалась надо мной, когда меня забавляла и притягивала ее улыбка. Интересно: сколько ей было лет и как звали эту сумасшедшую?

Так, тормози, Саня. Нет.

Я вовсе позабыл о существовании сумасшедшего желания. Безумного. Дикого.

Желания. А она напомнила о нем.

И несмотря на то что мы были пьяны, безрассудны и каждый преследовал достижение своей цели, нас безоговорочно тянуло друг к другу.

Мои ладони уверенно поселились на ее нижних крутых холмах: сжимали, поглаживали, словно изучали их территорию. Девчонка плавилась в руках, чуть погодя не сдержалась, пролепетала губами, по которым удалось прочесть:

— Начни уже.

Дважды повторять не пришлось.