Китайский Берия Кан Шэн

Зима 1975 г. в Китае выдалась очень холодной. В Пекине был пасмурный, морозный декабрьский день. Дул резкий пронизывающий ветер. Велосипедисты, несмотря на холод, ездили по улицам города, надев толстые ватные куртки, ватные брюки и ватные шапки, «уши» которых были опущены и туго завязаны под подбородком, руки некоторых были в ватных рукавицах. Смотрелись они в таком наряде довольно смешно и странно. Кончался год Зайца по восточному календарю, оставалось 15 дней до нового, 1976 года. Шел девятый год «культурной революции», лежал тяжело больной раком премьер Чжоу Эньлай, оставалось 9 месяцев до кончины Мао Цзэдуна.

В 8 часов вечера 16 декабря 1975 г. по центральному радио в обзоре новостей было сообщено, что в этот день в 6 часов 5 минут по пекинскому времени после продолжительной болезни в столице на 77-м году жизни скончался член ЦК КПК, советник Группы по делам культурной революции при ЦК КПК, заместитель Председателя ЦК КПК и заместитель Председателя Постоянного комитета Всекитайского собрания народных представителей (ВСНП) Кан Шэн.

После этого сообщения, которое с быстротой молнии разлетелось по стране, многие китайцы приглашали к себе домой своих друзей и знакомых, крепко закрывали двери на замки и засовы и предлагали выпить «за упокой души владыки ада», и с удовольствием чокаясь рюмками, под возгласы «ганьбэй» пили до дна без печали и горечи на лице, довольные и счастливые.

Однако официальный чиновничий Пекин и вся страна были в трауре. Прощание с телом покойного проходило во Дворце культуры трудящихся. 21 декабря в знак скорби были приспущены государственные флаги страны, из динамиков громкоговорителей слышалась траурная музыка. Как и полагалось по давно заведенному в КНР церемониалу, в Доме народных собраний (Жэньминь дахуйтан) на центральной площади Тяньаньмэнь был организован траурный митинг, который вел заместитель Председателя ЦК КПК, член Постоянного комитета Политбюро ЦК КПК, бывший цзаофань (бунтарь) из Шанхая, как поговаривали в Пекине, преемник Мао Цзэдуна Ван Хунвэнь. В зале, где проходила панихида, стояла урна с прахом покойного и его портрет в траурной рамке. С портрета смотрел человек средних лет, с продолговатым худощавым лицом, довольно ехидный на вид, с маленькими реденькими усиками, тонкими губами, высокими светлыми бровями, с большими ушами, одетый в суньятсеновский френч, в тонких роговых очках. Стояли венки от Председателя ЦК КПК Мао Цзэдуна, члена Постоянного комитета Политбюро ЦК КПК, старейшего маршала Чжу Дэ, члена Постоянного комитета Политбюро ЦК КПК, премьера Чжоу Эньлая, Ван Хунвэня, заместителя Председателя партии, маршала Е Цзяньина, бывшего Генерального секретаря ЦК КПК, члена Политбюро и Военного совета ЦК КПК, заместителя премьера Дэн Сяопина, вдовы Сунь Ятсена Сун Цинлин, члена Постоянного комитета Политбюро ЦК КПК, бывшего шанхайского деятеля Чжан Чуньцяо, а также венки от ЦК партии, правительственных и военных ведомств и организаций.

В первых рядах скорбящих можно было увидеть активных проводников «культурной революции» — жену Мао Цзян Цин, члена Политбюро ЦК Яо Вэньюаня, бывшего охранника Мао Цзэдуна Ван Дунсина, Ван Хунвэня, мэра Пекина У Дэ, бывшего секретаря Дачжайской партячейки Чэнь Юнгуя, а также тех, кто был недавно реабилитирован или же смог удержаться у власти в волнах «культурной революции» — Е Цзяньина, Дэн Сяопина, Чэнь Юня, Ли Сяньняня, Хуа Гофэна, Тань Жэньлиня, Уланьфу, Гу Му, Ван Жэня, маршала Не Жунчжэня, Сюй Сянцяня. Были на церемонии и родные Кан Шэна — член ЦК КПК, «старый соратник и супруга» покойного Цао Иоу, сын Чжан Цзыши и другие члены клана покойного.

В траурной речи Кан Шэн без зазрения совести был назван «преданным революционным борцом китайского народа, лучшим членом КПК», «партийным и государственным руководителем, пользовавшимся любовью всего китайского народа».

«На протяжении 50 лет он отдавал все свои силы, всю свою энергию делу освобождения китайского народа и великому делу коммунизма, — разносилась через громкоговорители траурная речь на митинге. — …Кан Шэн внес выдающийся вклад в укрепление и развитие марксистской КПК, в защиту марксизма-ленинизма. Идей Мао Цзэдуна, в усиление идейно-теоретического и организационного строительства партии, в организацию отделов безопасности и охраны и секретных отделов партии…»

А через три года на 3-м пленуме ЦК КПК 11-го созыва было принято решение о проведении расследования дела Кан Шэна.

21 декабря 1978 г. Верховный народный суд КНР принял решение о реабилитации всех лиц, чьи дела определялись как контрреволюционные преступления, потому что они выступали против Кан Шэна.