Кирасир

Встав из-за стола, Игорь сделал несколько разминочных движений, затем встал на мостик, на руки и немного походил на них. Зашедший с почтой камердинер не моргнул и глазом – зрелище было привычным, и более того – князь и приближённых заставлял заниматься спортом. Об акробатике речи не шло, но в фехтовании и борьбе ежедневно упражнялись даже лакеи.

– От кого?

– От тестя, – невозмутимо ответил Готлиб, – остальные – прошения.

Взяв почту, он отпустил слугу, распечатал письмо и начал читать, продираясь сквозь завитушки. Николая Фёдоровича он искренне уважал, но занудой и педантом тот был невероятным. Впрочем, для действительного тайного советника и заведующего Личным Кабинетом Его Величества[1] – идеальный характер.

Продираться пришлось не только через завитушки, но и через предисловия – Николай Фёдорович привычно перечислял все титулы и звания зятя, а по замшелым немецким традициям (тесть был приверженцем именно таких) в них включалась каждая мыза… А ещё – должности, включая изначально формальное командование русским кирасирским полком, квартировавшим в его владениях. Впрочем, формальное-то оно формальное… но чем дальше, тем больше полк воспринимал его как командира и жутко этим гордился. Тем более что процент немцев и немецких славян был в полку очень велик – и командование «Исконного князя» принималось ими с превеликой гордостью. Да и Пётр, судя по всему, был доволен результатами муштры тяжёлой конницы и не собирался снимать эту ношу с плеч Грифича.

Ага, вот наконец до сути письма добрался – просьба помочь с организацией праздника. Можно – интересных идей у попаданца было много, да и его взгляд на некоторые вещи сильно отличался от взглядов местных.

– Командир, – заглянул в дверь Тимоня, – ты просил напомнить, когда время подойдёт.

Короткий взгляд на часы…

– Спасибо, пора в спортзал.

В зале было достаточно людно – приближённые старались подгадать свои тренировки к тренировкам хозяина. Не все – только те, кто мог чем-то похвастаться.

Разминка, кросс-фит…

– Ффу, – тяжело выдыхает он и переводит дыхание. Теперь черёд боевой акробатики, полчаса на рукопашный бой и наконец – главное – фехтование.

– Маэстро, – Грифич вежливо кивает немолодому испанцу. Ответный поклон, и начинается танец двух диэстро[2]. Это достаточно необычный стиль фехтования, ранее считавшийся устаревшим, слишком уж специфичные здесь приёмы – рассчитанные прежде всего не на поединок один на один, а на бой со множеством противников. Идеальный вариант для попаданца с его физическими данными – фехтовальщиков равного уровня воин просто не встречал и даже не представлял человека, способного одолеть его в поединке.

Шутка ли – официально признан лучшим фехтовальщиком Европы![3] Ну а главное – как же хорошо дестреза «легла» на саблю… Заниматься по данной системе он начал всего год назад, а переделывать систему под саблю – всего несколько месяцев, но результат есть уже сейчас – система ничем не уступает польскому крестовому бою, а это, знаете ли, показатель…

Похвалить приближённых, у кого что-то получается, и поправить тех, кто делает ошибки. Всё, мыться! Помывшись, отправился проведать жену и детей.

– Здравствуй, Натальюшка, – поприветствовал он супругу.

– Княже, – склонила голову та и тут же захихикала – это была мелкая «мстя» за то, что вчера Игорь не навещал её с детьми.

– А кто это у нас такой большой, – умилённо заговорил герцог, приседая на корточки.

– Я! – И трёхлетний мальчик с разбегу бросается обнимать отца.

– Ух, какой ты сильный стал!

– Да, сильный, я сегодня кашу всю съел, – с гордостью рассказывает маленький Богуслав.

Наобщавшись с сыном, проведал вместе с ним и дочек – годовалые двойняшки радостно лепетали и тянули к нему ручки.

Затем «детское время» кончилось – малышам пора было баиньки. Но сын смотрел жалобно и робко взял маленькой ладошкой за полу камзола.

– Ладно, – засмеялся князь, – спою вам колыбельную.

Дождавшись, пока нянька разденет сына и тот устроится поудобней, сонно щуря синие глазёнки, Игорь задумался ненадолго, а потом начал петь негромко песню Михаила Калинкина…