Кипение

Кипение

Наши дни.

Вещи вокруг нас являются совсем не тем, чем кажутся. Мы думаем, что знаем окружающий нас мир, но на самом деле видим лишь внешнюю сторону – вот, чем всё кажется. Я был как и вы – я верил в человечество, газетным статьям, телесериалам, политикам… и книгам по истории, но наступил день, когда мир дал мне по морде и у меня не осталось иного выбора, как увидеть его истинное лицо, увидеть его таким, какой он есть. Меня зовут Мартин Уоллес и я расскажу Вам свою историю. То, как с обычным парнем произошли не совсем обычные события. Может, нужно было чтобы всё так случилось, может, это была моя судьба, карма, не важно, но одно я знаю наверняка – отныне всё будет по другому.

Началось всё именно здесь, ну а где же ещё… Нью Йорк – столица мира. Этот город был словно шахматная доска на которой судьба решила сыграть последнюю игру. Я был самой обычной пешкой и жил как пешка… до той самой ночи, когда в один миг рухнул весь мой мир, вся моя жизнь.

Нью Йорк… в это время года издали он, как и всё, выглядело как пустота. Покрытый ярко-белым снегом, он всё же выделялся. По ночам мигающие огни его били на сотни километров вокруг. Быть может, именно они являлись путеводными маяками, по которым в этот и без того бурлящий город приезжали всё новые и новые люди. Обычно на улицах нельзя было так просто проехать, или даже пройти. Толпы людей, которых светофор не всегда успевает пропустить через дорогу, не меньше было и автомобилей. Словно у всех и каждого он был свой. Даже у маленьких детей. Иначе сложно было объяснить все эти вечные пробки, из-за которых порою приходилось пешком идти чуть ли не в другой конец города.

Маленькой жемчужиной этого большого города была небольшая кафешка. Уютное, маленькое заведение, о котором знали не многие. Принося такой же скромный доход, как и ассортимент подаваемых блюд, она, тем не менее, имела свой особый шарм. Шарм, который заставлял случайных посетителей, которые забегали сюда лишь однажды, приходить обратно снова и снова. Но сейчас всё было немного по-другому: морозная погода и густой снег опустошили практически всех. Они постоянно или сидели у себя дома, или работали в офисе, с утра до вечера, с утра до вечера, с верой, что когда-то всё изменится, их ожидает повышение, затем деньги, пассивный доход и красивая жизнь. Только вот, оставаясь сидеть в своём кресле на протяжении трёх, пяти, а то и десяти лет, они даже не пытались приложить свою руку к чему-то новому, потому что те вещи, которые их окружали сейчас, как видно, не вели к успешной жизни.

С его рук всё ещё капала кровь. Длинные тёмно-красные ручейки катились вдоль его, опущенных рук, после чего обрывались и улетали вниз на тёмно-голубой кафель. Потом, в один миг, словно по волшебству, кровь перестала течь и открытые порезы на руках словно застыли во времени. Раны всё ещё были свежие, они буквально появились несколько минут назад, но кровотечение пропало. Он сидел в закрытой кабинке в туалете и тело его периодически дёргалось в небольшой конвульсии, словно, управляемой кем-то. Глаза были закрыты, но сквозь опущенные веки можно было увидеть, как она бегают со стороны в сторону, а затем скрываются где-то вверху. В туалет зашел какой-то престарелый мужчина в дорогом, светло-голубом костюме и подошел к писсуару. Закончив дело, он неспешно направился к раковине, что находилась с противоположной стороны. Он приблизился и посмотрел на себя в зеркало – старость напоминала о себе тонкими, пронизывающими область лба, морщинами на лице. Он поправил седую шевелюру (если оставшиеся волосы на его голове можно было так назвать) и начал мыть руки.