Хвост судьбы

Он плыл к берегу, отчаянно гребя всеми четырьмя лапами. Плыл, неся в зубах самое дорогое, что у него было, – добычу Хозяина. И ничто на свете не заставило бы его с ней расстаться! Ближе к суше покачивались густые заросли камыша, плыть стало труднее: растения цеплялись за длинную шерсть, словно стараясь утянуть его в топкую болотистую жижу. Продравшись сквозь «камышиный строй», он наконец выскочил на берег и, наскоро отряхнувшись, даже не замечая тяжести своей ноши, бросился к тому месту, где Хозяин затаился в засаде. Длинные огненно-рыжие угли развевались на бегу; со стороны казалось, что это и не угли вовсе, а крылья, и маленький стремительный «спортсмен-многоборец» сейчас взлетит над притихшим осенним лесом, таким же рыжим, как и он сам. Его гнала вперёд единственная Цель, мгновенно превращающая симпатичную, забавную, дурашливую плюшевую игрушку, какой он был в городе, в серьёзного и бесстрашного охотника, каким становился, лишь только входил под захватывающий и таинственный покров леса, – он должен принести трофей Хозяину, чего бы ему это ни стоило! И вот тот волшебный миг, ради которого и преодолевались все испытания, – Хозяин потрепал его по мокрой холке и ласково проговорил: «Молодец! Хорошая собака». Очередная Цель достигнута!

Такие минуты в его жизни выпадали не так часто, как хотелось бы. Гораздо чаще ему приходилось быть как раз не охотником, а «плюшевой игрушкой». Мало кто из людей – и чего с них спрашивать после этого! – воспринимает кокер-спаниеля (а наш герой был именно этой породы) в качестве серьёзной собаки. Этот несчастно-наивный взгляд из-под длинных, как у кокетки, ресниц; эти пресловутые уши, слишком явно напоминающие кудри мушкётера Арамиса; этот вечно виляющий обрубок хвоста, словно говорящий любому прохожему: «Я тебя люблю! Давай поиграем!»… А несколько развинченная смешная походка, а нелепые прыжки и ужимки расшалившегося «человеческого детёныша»! При такой внешности искать справедливого отношения к себе явно бессмысленно. Даже его первоначальное гордое имя Челленджер осталось лишь в собачьем паспорте и практически мгновенно было изменено на Снупи – со времен сэра Артура Конан Дойла очень многих кокеров стали традиционно называть Снупи. Но и этого мало. Младший Хозяин (которого, кстати – есть всё-таки в жизни справедливость! – тоже вместо Александра называли в семье смешным прозвищем Саньский), насмотревшись любимого мультсериала и несколько переиначив имя его героя, вообще кричал на весь двор: «Снупи-Нупи-Ду-у!» От стыда хоть под скамейку прячься!

Но Снупи не унывал. Да, Цель в его жизни появлялась редко. Зато у него была Мечта. Дело в том, что Саньский не просто увлекался, а был буквально помешан на динозаврах. Книги об этих жутких ящерах занимали почётное первое место в его библиотеке; коллекция дисков с фильмами и научными передачами давно вытеснила из видеотеки мультики и сказки. Стены в детской комнате были настолько завешаны плакатами с изображением динозавров, что обоев практически не было видно, а уж количество игрушек – от маленьких пластмассовых и резиновых фигурок до плюшевых гигантов – вообще не поддавалось исчислению. По представлениям Снупи у его Младшего Хозяина не было только одного – трофейного динозавра, добытого на настоящей охоте. И лишь такой супер-серьёзный охотник, как Снупи, способен был его добыть. И тем самым сделать Саньского абсолютно счастливым, а свою Мечту превратить в Цель!

В те редкие дни, когда его брали с собой на охоту, Снупи, нет-нет да и принюхивался – не бродит ли где-нибудь поблизости какой-нибудь динозавр-шатун. Затруднение состояло лишь в том, что пёс не знал точно, как пахнет настоящий ящер: все динозавры Саньского пахли по-разному. С внешностью тоже были проблемы: ни один динозавр не был похож на другого ни размерами, ни цветом, ни «породой» (в собачьей терминологии). Сам же Снупи был лично знаком лишь с одним динозавром – с Тирексом из соседнего подъезда. И, справедливости ради, скажем, что был он не совсем динозавром, а питбулем, к тому же добрым и вовсе не агрессивным, вопреки своему зловещему виду и не менее зловещему имечку. Так что это знакомство ничем не могло помочь нашему охотнику во время охоты. Но отважный Снупи не терял Надежды, а значит, и Мечты, и Цели.