Хочу принца, или Академия для блондинки

Собираюсь я на вечеринку. Сегодня решила быть милой и скромной. На самом деле после того, как я вернулась позавчера домой после двух часов ночи, родители вдруг решили проявить внимание к моей персоне. Вопрос, а не поздно ли спохватились, из моих уст не прозвучал. Иначе выяснились бы многие подробности этого самого «поздно».

Мне завтра, а вернее, уже этой ночью исполняется двадцать. Отец заказал ресторан, пригласили больше сотни гостей и разрешили мне сегодня отпраздновать так, как мне того самой хочется. Ведь то, что будет происходить завтра — это уже для них. Будут присутствовать деловые партнеры и многочисленные родственники. Так что сегодня я отрываюсь.

Платье длинное, прямое от груди, из легкого белого шелка, с закрытым кружевным верхом. Прелесть, как молодо и невинно я в нем выгляжу. Отцу и деду понравится.

Мои любимые шпильки сантиметров на десять пришлось спрятать в сумочку. Как и короткое красное платье, в котором я намеревалась отправиться на эту самую вечеринку. Туда же запихнула парфюм, помаду, зеркальце, расческу. Тушь еще пролезла. На этом все, свободного пространства в сумочке не осталось.

— Милана, ты готова? — спрашивает мать, входя в мою спальню.

Кручусь перед родительницей. Мама обожает белый шелк. В какой-то момент в ее глазах с удивлением замечаю слезы.

— Какая же ты у нас красивая!

Улыбаюсь, но молчу. Для родителей я еще ребенок. Они мне на прошлый день рождения подарили огромного плюшевого мишку. Отец искренне полагал, что именно о подобного рода подарке на девятнадцать лет мечтает такая девушка, как его дочь.

— Мила, тебе уже двадцать, — произносит мать.

— Завтра, — поправляю ее.

— Нет, солнышко. Ты родилась не восьмого, а седьмого июля. Так получилось, что…

Мама не договорила. Вдруг побледнела, будто сильно испугалась. И глядела на что-то за моей спиной.

— И ты… тоже…

Я не сразу осознала, что происходит. Обернулась, и сначала даже не поняла, что зеркало странно выглядит. Будто в нем туман поселился. Странно. И матушка смотрит неотрывно, словно под гипнозом. На этот туман, а не на меня.

— Мама? Что это? — спросила я с беспокойством, глядя на странное для нашего мира зрелище.

Но до меня уже дошло, что родительница в курсе. Да и я тоже. Просто не верила до конца, что это правда.

— Магия. Тебя забирают, — произнесла мамочка, глядя на меня расширенными от страха глазами.

— Что, серьезно? — я не боялась, не сомневалась и не истерила.

Просто знала, что это возможно. Откуда?

Была у меня сестренка, Лиза. Исчезла за день до своего двадцатого дня рождения. Мне тогда уже исполнилось десять лет. Мы с сестрой не были особо близки, но любили друг друга.

И после исчезновения Лизы, она мне часто снилась. Магический мир. Академия. Обучение. Странные мужчины. Я ложилась пораньше, зная, что во сне увижу сестру. И так происходило почти каждую ночь. Несколько часов я могла наблюдать за жизнью сестры в другом мире. В мире магии.

Там Лиза была жива. И счастлива. У нее был сильный дар, друзья, любимый мужчина. Я жила этими снами, но никому о них не рассказывала. Боялась. И ждала с нетерпением каждую ночь. Не только потому, что должна была увидеть сестру. Я просто тоже влюбилась. В магический мир.

Но в один момент все прекратилось. Сны прекратились.

В общем, я с десяти лет верила в другие миры. И ждала чего-то подобного.

В семнадцать закончила школу и начала понемногу забывать о своих мечтах. Да и Лиза больше не приходила ко мне во снах, что заставляло задуматься о том, что сны могли быть просто снами.

И вот, это произошло!

— Мамочка, не переживай! Я Лизу найду. Все будет хорошо, — попыталась успокоить родительницу.

— Лучше неси свои чемоданы! Мне нужно взять все необходимое!

Знала, что у меня есть не больше часа на сборы. Портал долго не будет ждать.

Мама успокоилась. Она даже посмотрела на меня как-то иначе. С удивлением и гордостью, можно сказать. Да, мама, я выросла. Давно уже. А ты и не заметила. Понимаю. И не осуждаю.

А потом она подошла, обняла меня и улыбнулась. Я всегда чувствовала, что меня любят. Мама не уставала говорить об этом. Может быть, потому, что когда Лиза исчезла, они поссорились накануне. А я тогда пробралась к сестренке в комнату и утешала ее. Мама запретила ей отношения с любимым парнем. А Лиза не понимала, почему почти в двадцать лет нельзя ни с кем встречаться. И хотела уходить из дома.

А утром мы ее не обнаружили. А потом были сны о другом мире.

Когда я впервые влюбилась, мать не знала. Я была научена опытом сестры. Скрывала все. Скромная одежда при родителях. Никакой косметики. Ни слова о парнях или влюбленностях. Идеальная дочь. Такой меня знали и видели отец и мать.

Зачем тебе красные шпильки, Милана? Ох, просто хочешь? Точно не будешь носить? Только в комнате. Тогда ладно!

И, главное, они верили! А я берегла нервы родителей, ничего им не рассказывая. Но в последние месяцы родительница начала смотреть на меня, будто что-то подозревала.

— Справишься? — спросила мама с долей беспокойства.

— Конечно! Мам, ты же меня знаешь!