Катарсис

Приклад бьет отдачей в плечо… Снова и снова… После каждого выстрела… Страха нет, как нет и волнения. Эмоций вообще не осталось. Только зудящая боль потери, боль поражения.

Первая тварь рухнула на пыльную, иссушенную инфернальным разломом, землю. Гончая издала протяжный скулящий звук, судорожно подергивая огромными лапами. Приближаются еще трое. Рогатые бестии обезумели от голода. Рычащие пасти усыпаны бритвенно-острыми клыками. Мощные челюсти сочатся слюной.

Персивальд щелкнул тумблером, переведя «разящий» в автоматический режим. Секундная пауза, позволила тварям серьезно сократить дистанцию. Откуда-то сбоку грохотали выстрелы, раздавались крики детей и женщин. Персивальд только сейчас осознал, что гончих гораздо больше, они окружают конвои. Палец вдавил спусковой крючок, снова толчок в плечо. Череп первого чудовища раскололся, брызги крови с кусочками мозга разлетелись в стороны. Тяжелая туша по инерции пролетела еще несколько метров, поднимая столб пыли.

Вторую тварь прошило насквозь. Крупнокалиберные, разрывные снаряды оставили после себя лишь дымящиеся кровавые воронки. Чудовище пыталось продолжать свое наступление, но разорванные в клочья органы уже отказали. Обезумевший разум голодного зверя не понимал, что смерть неотвратима. Персивальд нацелился на третьего монстра. Чудовище совсем близко, шанса на ошибку нет. Снова нажал на курок, но привычного толчка в плечо не последовало. Глухой щелчок, сообщил, что боеприпасов нет. Ну что же, это неплохая смерть… Пожалуй, это даже хорошо… Да, я устал… Я готов… Персивальд бросил «разящий» на высохшую землю и развел руки, словно встречая свое искупление. Но зверь не добрался до своей жертвы, ему не хватила нескольких метров. Шкальная лавина огненного дождя превратила его в решето. Разрывные снаряды срывали плоть и перемалывали кости. Потроха монстра вывалились из разорванного брюха, кровь превратилась в алый туман. Персивальд оглянулся. Позади стоял Йозеф и несколько гвардейцев. Раскаленные стволы винтовок дымились. В нос ударил кислый запах крови.

— Потери? — Грозно спросил Персивальд, переводя взгляд на конвой. Из грузовиков доносились крики и плачь детей.

— Пара гвардейцев. Гражданские не пострадали. — Спокойно ответил Йозеф, закинув винтовку на плечо.

— Откуда они взялись? Почему дроны не засекли их? Персивальд поднял свой «разящий» и стряхнул с него пыль.

— Дронов мало. А конвой слишком растянулся. Нам не удается все контролировать. — Йозеф протянул новую обойму.

— Растянулся… Задумчиво повторил Персивальд, перезаряжая оружие. — ждать нельзя, нужно продолжить движение.

— Слышали? Все по машинам! — Заорал Йозеф, взглянув на гвардейцев. Солдаты торопливо рванули к грузовикам.

Персивальд тяжело вздохнул и огляделся. Выжженные пустоши простирались на тысячи километров вокруг. Куцая, завядшая растительность доживала свои последние дни. В небе по прежнему висела плотная пелена пепла. Инферна глубоко пустила свои щупальца в наш мир. Что теперь нас ждет? Вымирание? Воина? Мы уже проиграли… Все чистое и святое, что было в этом мире уничтожено… Они убили его… А вместе с ним убили и надежду. Теперь мы бежим… Бежим как побитые шавки. Предатели заставили нас покинуть «Церту»… Заставили брести по выжженным пустошам в поиске нового дома. Мужчины, женщины, дети… Все кто сейчас вынужден тесниться в этих грузовиках… Однажды мы создадим новое общество, праведных людей с истинной в голове и оружием в руках. И мы вернемся… Вернемся и сожжем безбожников в пламени всеочищающих костров… Персивальд несколько раз моргнул. Капелька соленого пота попала в глаз, неприятно пощипывая. Жуткая жара с каждым днем становилась все невыносимее. Оставляя на пыльной земле глубокие следы, он направился к БТРу. Белый панцирь брони испещрен осколками, краска повсеместно содрана и обожжена. Эхо предательства… Аппарель с шипением опустилась, Персивальд зашел внутрь, поставил «разящий» на оружейную стойку. Пневмозамки захлопнулись, фиксируя винтовку. Пройдя чуть дальше, Персивальд уселся на скамью, прямо напротив Йозефа. Прохладный ветерок… Система климат контроля… Блаженство…

— Мы забрали из «Церты» архив второго гарнизона. Не спеша начал Йозеф. — Мария сказала, что это важно дня человечества. И не только…

— Архив? Насторожился Персивальд.

— Да. Летопись Тариэля. Несколько томов. Йозеф выволок из под скамьи черный мешок.

— Летопись у тебя? И ты все это время молчал? Воскликнул Персивальд.

— Ну… У нас были дела по важнее, чем чтение дневников полоумного ангела… — Йозеф кинул мешок Персивальду.

— Следи за языком! Тариэль был правой рукой Гавриила… Он был моим другом! — Прорычал Персивальд, доставая из мешка книги. Тяжелый, золотой переплет. Каждый том закрыт на замок. Порывшись в мешке еще немного, удалось найти и ключ.

— По легче! Я теперь такой же как ты! — Йозеф скривил недовольную мину.