Катализатор

— Сегодня мы посылаем во Вселенную двухсотую экспедицию. Я рассчитываю, что наши искатели, наконец, подтвердят существование иных разумных существ во Вселенной. Хочется в то же время надеяться в благополучное возвращение экспедиции домой на Гаудахан.

Женщина, выступавшая на неисчислимых каналах мысленной связи, была известна на мирах Гаудахана как верховная хранительница Храма знаний.

Изображение хранительницы, в колыхающемся под порывами ветерка плаще, сменилось зрелищем орбитального порта, где начал свое движение величественный звездолет. Два юрких буксира, гравитационными захватами, помогали исполину выйти на траекторию разгона.

Голос за кадром принялся объяснять зрителям предназначение экспедиции, а тем временем буксиры уже торопились уйти из зоны старта. Картинка вновь сменилась. Под бирюзовым небосводом, в окружении зелени деревьев, вздымались бельведеры Храма знаний.

— Руководителем двухсотой экспедиции является Холли — дочь верховной Хранительницы храма знаний Ксивьерры, — продолжал говорить голос за кадром.

Еще раз раскрылась панорама космического пространства. Исполинский звездолет, со стремительностью легковесного челнока, начал набирать скорость перед включением сверхсветового привода.

В заключение передачи диктор повторно пожелал везения экспедиции и перешёл к иным новостям сообщества Гаудахан, состоящем более чем из тысячи обитаемых звёздных систем. В подобном количестве звезд и планет непрестанно обнаруживались происшествия обязанные очутиться на каналах мысленной связи, службы последних новостей сообщества.

Находясь в центре управления "Бардой", Холли контролировала системы звездолёта. Перед глазами стояла картина прощания с матерью. Предчувствуя долгую разлуку, она в который раз прокручивала в памяти ту встречу, перед стартом на орбитальный космодром, пять суток назад.

— Дочка, ты действительно горишь желанием лететь к звёздам? — комната в которой происходил разговор, была похожа на музей, до такой степени много в ней находилось картин и исторических документов.

— Безусловно, я чувствую, что от моего участия в экспедиции зависит существование Гаудахана, — молодая женщина стояла неподалеку от стола и анализировала карту грядущего, — правда я не обнаружила причины, но ясно вижу последствия.

— Но ты, надеюсь, заметила, экспедиция потерпит абсолютную неудачу, — Ксивьерра приблизилась к дочери и указала на характерные линии будущего.

— Ты не права, здесь замечено, что экспедиция затянется на более продолжительное время, чем мы предполагаем и найдёт других разумных, — возразила Холли, обозначив указательным пальцем абрису планиды, — и посмотри, альтернативы не предусмотрено. Если я не буду участвовать в настоящей экспедиции, она не обнаружит другую разумную культуру, а наша цивилизация неотвратимо погибнет.

— Достойно сожаления, что именно моя дочь оказалась на оси грядущего, — вздохнула Ксивьерра, взглянув на Холли.

— Я сознаю, что мне предопределена легендарная судьбина, — прошептала Холли, и, с вызовом посмотрела на мать, — но даже оракулам не позволено читать будущее в абсолютном объёме. Ведь они не смогли найти глубинной связи между сообществом и той цивилизацией что встретится мне.

Ксивьерра прижала к груди свою дочь, в данный момент она была обычной матерью, а не верховной хранительницей храма знаний. Она провожала свою дочь в неизвестность, даже самые лучшие специалисты по чтению линий будущего не могли дать ответ на вопрос, когда она возвратится домой. В былое время подобное произошло всего лишь однажды, когда улетала экспедиция Дольи. Добавлял переживаний и тот факт, что вектор полёта экспедиций практически совпадал.

Вздрогнув от сигнала возвещавшего о приближении времени броска, Холли всмотрелась в показания приборов. Для этого ей не нужны были какие-либо экраны. Она слилась с кораблём и чувствовала его от носовых детекторов пространства, до кормовых ускорителей системы сверхсветового привода. Она могла сказать, сколько пылинок ударилось об носовые энергетические экраны, в каком режиме работают двигатели разгона, только никто её не смог бы спросить. Простым членам экипажа проникнуть в центр управления было совсем непросто, да и не имело смысла. Отдать команду она могла, не сходя с места и даже не открывая своего рта.

— Пора, — подумала она, и послала мысленный сигнал, запуская сверхсветовой привод своего звездолёта.

Холли отлично представляла, что для внешних наблюдателей "Барда" превратится в яркую вспышку и исчезнет из обычного пространства, чтобы на некоторое время появиться в нормальном пространстве в двухстах световых годах от Гаудахана.