Капризный Вася и послушный пёс Атос

Прожил Вася на свете уже целых два года. И за этих целых два года Вася многому научился. Не всё ещё у него хорошо получалось, но Вася старался. И чем больше Вася старался, тем лучше у него всё получалось.

Умел Вася ходить, говорить, есть. Но больше всего Вася любил капризничать. Это у него здорово получалось.

Не знал Вася, что капризничать — дело совсем плохое. Ему казалось, что капризничать — дело очень интересное.

Сидит Вася за столом, ест. Ест, ест, больше уже не может. Наелся.

Тогда Вася как — стук ложкой по тарелке!

Тарелка раскололась.

Мама как — стук Васю по затылку!

Папа ногой как — топ-топ-топ!

Вася — реветь.

— Марш в угол, негодный ребёнок! — приказывает мама.

В углу Васе хорошо, только неинтересно и обидно. Стоит Вася в углу, ноет, хнычет, пищит, повизгивает.

А Васю заставляют просить прощения. А просить прощения — тоже очень неинтересно и тоже обидно.

И Вася не просит прощения, пока чаю попить не захочет. Захочет Вася чаю попить, тогда и прощения попросит.

Простят Васю, чаю ему нальют.

Пьёт Вася чай, пьет, пьет, больше уже не может. Напился.

— Вот какой хороший мальчик, — говорит мама.

— Пора спать, — говорит папа. — Вася, бай-бай.

Укладывают Васю в кровать.

Лежит Вася в кровати, но спать и не собирается. Хорошо в кровати, только неинтересно и обидно. Как в углу. Одна разница: в углу стоишь, а в кровати лежишь.

Вот если бы наоборот: в углу лежать, а в кровати стоять.

Сказано — сделано! Встаёт Вася и радостно кричит, громко кричит.

— Спать, спать, спать, — говорит мама и укладывает Васю обратно в кровать.

Вася кричит лёжа, но уже не радостно, а обиженно.

— Не обращай на него внимания, — говорит папа, — покапризничает и уснёт.

Как бы не так!

Так бы не как!

Отшлёпают Васю.

Плачет Вася.

Ещё отшлёпают Васю.

Плачет Вася.

Никто не обращает на Васю внимания.

Устанет Вася реветь и уснёт с горя.

— Ребёнок стал совсем капризным, — грозно скажет папа.

— Хорошо, что хоть в детских яслях не капризничает, — грустно скажет мама.

Но вот Вася стал капризничать и в детских яслях.

Никто не знает, кто учит детей капризничать. Кто?

Говорят, что бабушки и дедушки, папы и мамы.

Но это неверно: не все бабушки и дедушки, не все папы и мамы учат детей капризничать.

Да кто же их учит капризничать?

Дети учатся капризничать сами. Им очень нравится капризничать. Капризничать им интересно. Захотел — заревел. Уговаривайте меня, успокаивайте меня, конфет обещайте!

Но в детских яслях тёти-воспитательницы не уговаривают, не успокаивают, конфет не обещают, а говорят родителям:

— Ваш ребёнок ведёт себя плохо. Примите меры.

И Васиному папе сказали:

— Ваш ребенок ведёт себя плохо. Кашу ел руками. Компот вылил на стол и хлопал по нему ладошками. Вымазался, как поросёнок. Грыз карандаш. Примите меры.

Папа вывел Васю на улицу и сказал:

— Не стыдно тебе? Ведёшь себя, как поросёнок.

— Хрю-хрю, — весело ответил Вася. — Хрю-хрю.

Прохожие смеются. Папа сердится: неприятно ему, что его сына за поросёнка принимают.

А Вася знай себе хрюкает. А папа его за руку тянет, чтобы быстрее Васю домой привести.

А Вася вырвался, на землю упал, прямо в грязь.

Упал и лежит.

— Вставай, безобразник! — приказывает папа.

А Вася лежит.

— Ну и лежи, — говорит папа, — поросята грязь любят.

Но Васе лежать уже неинтересно. Вставать — тоже неинтересно.

Шла мимо старушка, наклонилась к Васе, спросила:

— Что с тобой, миленький?

— Хрю-хрю, — жалобно ответил Вася.

— Капризничает, — объяснил папа. — Решил, что он поросёнок. Кашу руками ел. Карандаш грыз. Компот пролил.

— Вот он какой весёленький! — обрадовалась старушка. — Поросёнок так поросёнок. Ничего страшного. Вставай, миленький, вставай, хорошенький. Как тебя звать?

— Хрю-хрю, — ответил Вася.

— Вот и хорошо, — сказала старушка, — вот и умница.

И опять папа потянул Васю за руку, чтобы его скорее домой привести. И опять Вася захрюкал на всю улицу.

Пальто у него было в грязи, лицо в грязи — весь он был грязный.

Пришли папа с Васей домой, увидела мама Васю, руками всплеснула, спросила:

— Что это с ним?

— Это с ним грязь, — ответил папа. — Лежал около лужи. Решил, что он поросёнок.

— Неужели? — испугалась мама.

— Хрю-хрю, — ответил Вася и встал на четвереньки.

Поросёнком быть очень интересно. Интересней, чем ребёнком.

Ползал Вася по полу, ползал, хрюкал Вася, хрюкал и лбом о ножку стола стукнулся. Заревел Вася.

— Нет, ты не реви, — сказал папа, — а хрюкай.

Но как плачут поросята, Вася не знал и ревел по-человечески.

Отшлёпали его, поставили в угол. Требовали, чтобы Вася просил прощения.

Стоял Вася в углу и хрюкал. Жалобно хрюкал. Надоело Васе хрюкать. Начал Вася рыдать. Надоело Васе рыдать. Пошёл Вася просить прощения. Простили Васю, позвали чай пить. Пили все чай, пили, больше уже не могли. Напились.

— Пойдём, Вася, спать, — сказала мама. — Бай-бай, Вася.