Капкан для Лисицы (Клеймо Амарока)

Колония Белая Рутра, солнечная система «Альтаир», 2707 год по земному летоисчислению.

Размеренный металлический цокот раздавался из-под моих туфель, поднимался вверх и отражался от стеклянных полукруглых стен ангара. Вдалеке тихо жужжали вентиляторы. Ядовито-синий свет, исходящий от суперспектральных ламп, окрашивал пучки мха в мрачные почти черные оттенки, а сухие проплешины на нем светились яркими голубыми язвами.

Я остановилась, достала из кармана белого халата длинную, тонкую сигарету и, прикурив, с нетерпением затянулась. Тяжелый ментоловый дым быстро заполнил легкие, а потом медленно их покинул, белыми струйками вырываясь через мои гневно раздутые ноздри.

– Тэридон… сука… Подсунул мне какую-то гниль! – процедила я, зубами сдавливая сигарету и пытаясь сдержать закипающую ярость, но не сдержала и громко рыкнула, – Чтоб тебя, пидор лысый, химеры в сральник драли!

Сжав кулаки, я со всей злости пнула ближайший контейнер, в котором росли кустики мха. Металлический грохот взорвал тишину, и больные пучки испуганно вздрогнули.

– Госпожа Хута!

Я повернула голову на знакомый голос и зло сплюнула прямо в зараженный мох. Моя помощница Тасира со всех ног неслась прямо ко мне, белым привидением мелькая между темных рядов контейнеров. Она звонила, что хочет задержаться сегодня допоздна, но у меня напрочь вылетело это из головы. Стало немного неловко. Не за поведение. Подчиненные давно к нему привыкли. За то, что курила там, где нельзя, где действует запрет, который сама же я, как хозяйка фабрики, и установила.

Наспех скомкав тлеющую сигарету в руке, я невольно поморщилась. Больно, зараза! Но хоть приступ гнева сошел на нет.

– Госпожа Хута! – немолодая женщина шестидесяти лет остановилась напротив и заскользила по мне обеспокоенным взглядом, – Что случилось? Что-то упало? Вы… в порядке?

– Ерунда, Тас. Я просто случайно задела контейнер. Тут темно, и ни хрена не видно! – я подслеповато сощурилась и сунула руку в карман халата, пряча окурок.

– Ааа… понятно… – помощница внимательно проследила за моим жестом и странно на меня поглядела.

Вот ведьма! Еще девчонкой она была смышленой, когда сорок пять лет назад впервые пришла сюда фасовщицей сырья для косметики. И чего это я перед ней тушуюсь, как малолетка перед училкой?! Я ж ее на две сотни лет старше!

Тасира едва заметно повела носом, слегка скривилась и задрала подбородок, вперив в меня презрительный взгляд. Приоткрыла рот, чтобы наверняка сделать мне замечание, но я ей не позволила.

– Ты уже заметила? – спросила я, слегка кивая головой в сторону растений.

Тасира растерянно моргнула и перевела взгляд на растения.

– А это… Да, видела. Похоже, что в этот раз поставщик подсунул нам испорченный товар. Но это не проблема. Завтра же поручу убрать больные…

– Не пойдет! – грубо прервала я помощницу, ощущая, что снова начинаю закипать, – Очевидно, что мох зараженный! Теперь все сырье нужно уничтожить!

Женщина округлила глаза и заметно побледнела. Хотела было возразить, но передумала.

– Вы правы, – пробурчала она и заметно погрустнела.

Тас переживала за дело даже больше моего. Да оно и понятно! Всю свою короткую жизнь она провела на этой фабрике, вкладывая в производство косметики «Хрустальный лев» всю себя. Для меня же этот бизнес стал временной отдушиной. То, на что я смогла отвлечься от своих тяжелых мыслей. От прошлого, длиною в четверть тысячелетия…

Я шагнула к женщине и слегка сжала ее плечо.

– Не переживай, – я постаралась придать голосу мягкости, – Жги все это дерьмо к херам, а потом закажи новую партию. Только у другого поставщика! Выбери сама, у кого. Я тебе доверяю… А теперь закругляйся и иди домой, завтра нас ждет тяжелый день.

Помощница потупила потухший взгляд и обреченно кивнула, а я, отпустив ее плечо, зашагал к выходу. Прибегать к кардинальным мерам мне не впервой. Да. После завтрашней утилизации фабрика потерпит колоссальные убытки, но я не могу допустить, чтобы в моей косметике оказалась какая-то дрянь! Кто знает, какие реакции у человека она может вызвать? Раздражение, аллергия, отравление?.. Слух разлетится по всей галактике и тогда «Хрустальному льву» и моей репутации настанет конец! Даже Агвин не выручит!

– Ну, держись, Тэридон! – прошипела я, представляя, как собственными руками сжимаю его цыплячью шею, – Сучий потрох… Клянусь, я сделаю тебе очень больно!

Завтра же свяжусь с нужными людьми, пусть заластают гниду! А уж потом я с ним хорошенько «побеседую»…

– Госпожа Хута! – голос Тасиры догнал меня у самого выхода, заставил остановиться и обернуться.

– Мм?

– Уже за полночь… – громко заговорила она, чтобы я наверняка расслышала, – У Вас сегодня юбилей. С днем рождения!

Женщина улыбнулась, а я удивленно подняла брови. Е-мае… А и вправду! Мне сегодня ровно двести шестьдесят годков стукнуло! А я и забыла…

– Спасибо, Тас! – я благодарно улыбнулась ей и вышла на улицу.