Капкан для гончей

Над величественной громадой неприступной крепости Стерлинг собирались грозовые тучи. И не только в прямом смысле – начало осени в Шотландии всегда изобилует проливными дождями, но и в переносном: несколько часов назад запыхавшийся гонец лорда Мак-Дональда принес из предгорий Хайленда[1] черную весть – единственный сын короля Кеннета Мак-Альпина, Патрик, погиб накануне вечером. Погиб по-глупому, сорвавшись с обрыва во время охоты, погиб на пороге своего двадцатилетия, погиб, оставив династию без наследника, а Шотландию – на грани войны за власть.

Свинцовые воды Форта[2] изгибались у подножия крепости, в душном полумраке напоминая своими очертаниями бескостный змеиный хребет. Змеи. И пострашнее, чем эта, рожденная воображением да мрачными думами, пострашнее, чем настоящие, что прячутся в расщелинах камней… Ох, сколько же их наползет сюда, когда весть о смерти Патрика разлетится по всему Нагорью!.. Король Кеннет ссутулился, тоскливым невидящим взглядом уставившись в узкое оконце потайной комнаты. Эх, Патрик, Патрик!.. Как можно было так рисковать? И как теперь удержать на цепи алчных и воинственных горцев, которые только и ждут момента, чтобы…

За спиной правителя раздался знакомый скрежет, шорох и затем негромкий голос:

– Я так и думал, что найду вас здесь, сир.

– Уже закончил? – не поворачивая головы, спросил Кеннет.

– Да. Только что с допроса… – Единственная дверь, замаскированная под камин, с тем же гнусным скрежетом встала на место. Вошедший неуверенно потоптался на вытертом коврике и, сделав шаг вперед, склонился в почтительном поклоне: – Изволите ознакомиться с подробностями прямо сейчас, или мне следует…

– Брось ты эти придворные ужимки, – поморщился государь, наконец обернувшись. – Сам же знаешь, нет времени на траур и отеческую скорбь. Что сказал гонец?

– Он толком ничего не знает. Его на охоте не было. Он в это время находился в замке и узнал о случившемся, только когда лорды вернулись – без добычи и с принцем на руках. По словам гонца, к тому моменту, когда вашего сына внесли под своды Тиорама, он уже не дышал. Как рассказал лорд Малькольм, принц отделился от них еще в самом начале охоты. Решив не быть назойливыми, Мак-Дональды и остальные углубились в перелесок…

– Остальные – это кто?

– Ближайшие соседи: лорд Кэмерон, лорд Грант, лорд Мак-Лин с сыном и ваш старый приятель, лорд Нокс Маккензи. В пылу охоты (судя по добыче – явно неудачной) они не скоро хватились, что с момента расставания у развилки главной дороги его высочество никто не видел. Так как начинало смеркаться и пора было возвращаться, лорд Малькольм велел слугам и гостям поворачивать с добычей к дому, а сам с сыновьями отправился искать принца…

– Дальше можешь не продолжать, – с досадой махнул рукой Кеннет. – Гонец передал мне послание лорда Мак-Дональда. Думаю, в нем он повторил свой рассказ домочадцам.

– У вас есть основания не верить этому, сир?

– Не знаю, – честно ответил король Шотландии. – А кому можно верить в теперешнем положении? С одной стороны, Патрик был отличным наездником и местность вокруг владений Мак-Дональда знал прекрасно, коли уж проводил в замке лорда Малькольма второе лето подряд. Не заметить обрыв он не мог. Да он просто не мог не знать, что обрыв там есть! С другой стороны, ты же знаешь моего сына… Если уж чем-то увлекся – пиши пропало, кроме цели вожделенной ничего вокруг не видит! Может, и в этот раз – увлекся погоней да слишком близко к краю подобрался, а там и… Во всяком случае, свидетелей нет. Ни подтвердить предположений лорда Мак-Дональда (к его чести, он сам назвал это только предположением), ни опровергнуть их никто не может.

– Вот тут вы ошибаетесь, ваше величество. Свидетели есть, и даже двое.

Кеннет Мак-Альпин поднял голову:

– Кто они?.. Из свиты Мак-Дональда?