Капитан Антракоз

Дариан Фрей хорошо понимал ценность своевременного тактического отступления. В нем говорил настоящий инстинкт картежника. Именно он позволял Фрею мгновенно оценивать свои шансы и подсказывал, когда следует рисковать, а когда – спасаться. А бежать, так, чтобы пятки сверкали, вовсе не стыдно, особенно если иного выхода уже нет. По мнению Фрея, разница между героем и трусом в том и состоит, что первый способен быстро считать в уме, а второй лишен такого умения.

Слева от него, громко пыхтя, ломился сквозь кусты Малвери. Похоже, он выбивался из сил. И чего ждать – вечно пьяный толстяк никогда не заботился о своей физической форме. Рядом бежал Пинн. Он тоже не слишком беспокоился о себе, но совсем по иной причине: ему просто не хватало мозгов. А позади неслась ватага крестьян, вооруженных ружьями, пистолетами и дубинками. Они жаждали крови беглецов.

Подсчитать соотношение шансов оказалось нетрудно.

По лесу разносился треск выстрелов. Пули сбивали листья с ветвей, звучно впивались в стволы деревьев и со звоном уносились в ночную тьму. Фрей выругался и попытался втянуть голову в плечи. Он сгорбился, словно надеялся, что станет менее заметным. А пули летели без остановки, поражая землю, камни и кусты.

– Деревня бестолковая! Даже стрелять не умеют! – выкрикнул Пинн. Он перебирал короткими кривыми ногами, как азартный терьер на охоте.

Дариан не разделял презрения Пинна. Его подташнивало от страха и постоянного ожидания той секунды, когда одна из пуль найдет свою цель и его спину протаранит свинцовый шарик. В случае особого невезения он сможет напороться глазом на ветку или сломать ногу. Мчаться в темноте через лес – развлечение не из приятных.

Фрей прижимал к груди добычу – деревянную шкатулку, в которой позвякивали дукаты. Их было немного, отнюдь не такая сумма, за которую стоило бы умереть. И даже получить серьезную рану. Но он был не в силах расстаться со шкатулкой. Дело принципа – как же иначе?

– Я говорил, что грабить сиротский приют – плохая затея, – пропыхтел Малвери.

– Нет, так считал Крейк, – возразил сквозь стиснутые зубы Дариан. – Поэтому он и не пошел с нами. А ты согласился со мной. И заявил, что сироты не дадут сдачи.

– Ничего не поделаешь, – не сдавался доктор. – На нас набросились остальные жители деревни, о которых ты не подумал.

Фрей не успел ответить, поскольку земля в прямом смысле исчезла у него из-под ног. Вся троица покатилась под гору, скользя и кувыркаясь в холодной грязи. Дариан безуспешно пытался зацепиться за какую-нибудь ветку, а лес, будто издеваясь, крутился у него перед глазами, как безумный. Беглецы поневоле преодолели полоску кустов, заросли папоротника и, в конце концов, кубарем слетели вниз и распластались друг на друге.

Фрей осторожно сполз со своих спутников. Каждое движение заставляло его недовольно морщиться – ведь при падении он заработал множество ушибов, ссадин и царапин. Шкатулка с деньгами чуть не сломала ему ребра, но ее он не выпустил. Фрей оглянулся. Залитый лунным светом склон был не столь высоким и крутым, каким казался минуту назад.

Малвери медленно встал, сделал пару вялых движений, тщетно пытаясь счистить грязь со свитера. Потом поправил круглые очки с зелеными стеклами, которые чудом удержались у него на носу.

– Я пересмотрел свою позицию, – сказал он как ни в чем не бывало. – И пришел к выводу, что ограбление кучки беззащитных сирот – не самый достойный подвиг в нашей карьере.

Дариан наклонился и дернул Пинна за рукав. Тот слабо стонал, растянувшись ничком на земле. Он оказался в самом низу, и тяжесть товарищей впечатала его лицом в грязь.

– Но я и есть сирота! – возмутился Фрей, поднимая низкорослого, но увесистого пилота. – Для кого они собирали свои денежки, как не для меня?

Малвери разгладил пышные седые усы и вслед за Фреем посмотрел на склон, с которого они только что свалились. В лесу пылали факелы, что означало одно – преследователи приближались.

– Что ж ты их не предупредил? – иронически осведомился он. – Может, тогда они отнеслись бы к нам более благожелательно.

– Пинн, ты когда-нибудь встанешь?! – рявкнул Фрей и рывком поставил пилота на ноги.

Даже свет полной луны не позволял им ясно видеть дорогу. Они продирались между деревьев, которые хлестали их ветками по лицам и норовили ухватить за одежду. Они то и дело поскальзывались, больно ударялись о стволы и злобно ругались. К тому же от непрерывного дождя земля размокла, и на ней оставались предательские следы ног.

Жители деревни добрались до верха склона и снова принялись палить по беглецам. Фрей почувствовал, как что-то дернуло полу его длинного пальто. На бегу он взглянул на одежду и обнаружил дыру от пули.

Чуть не попали!

– Бросайте шкатулку, и мы вас не тронем! – завопил один крестьянин.