Каноны механики

А. Энштейн: Бог не играет в кости со Вселенной!

Н. Бор: Альберт, перестань же ты, наконец, указывать Богу, что ему делать!

Пролог

Меня переполняло бурное ликование. Еще бы. Я снова лежал на диване, посреди измятого и мокрого от пота постельного белья в съемной квартире на седьмом этаже нового дома в одном из спальных районов Москвы. Мне снова удалось избежать смерти во сне. Слава Богу!

Я мог бы на радостях открыть ноут, забронировать отель где-нибудь в Бангкоке и уже часа через три взбираться по трапу самолета с лоснящимися боками, предвкушая дивный аромат восточных пряностей и зной полуденного солнца. Но нет. Сегодня последний рабочий день перед отпуском, который я спланировал заранее, и в котором с вероятностью 120% не окажется места приятным приключениям.

Глава 1. Игры богов

– Скорее бы! – озвучил всеобщее нетерпение коллега, вернувшись из санузла в общий рабочий кабинет, где прохлаждалось еще четверо в ожидании утренней летучки. Шеф, как обычно, задерживался.

– Может, у него завелась новая игрушка? – предположил Михалыч, прихлебывая кофе.

– Ага, скорее всего старая не завелась, – подколол Стасик, сразу понявший, что речь идет о дорогих тачках, которые начальник менял как перчатки.

Михалыч покачал головой. Артур, взмахнув рукой, погасил все освещение. Все присутствующие нервно дернулись, а Михалыч еще и матернулся, пролив кофе на брюки. На самом деле жест Артура был вовсе не волшебным, а электричество в высотке вырубили рабочие, устроив нам сюрприз вне очереди, третий по счету за прошедшую неделю, надо сказать. Все как-то сразу расслабились. Очередной ремонт проводки или замена щитка может занять от получаса до половины рабочего дня.

Омрачило наше счастье бездеятельности внезапное нападение из темноты.

«Ой, милые бранятся…» – раздался ироничный голос из-за двери. Потом что-то грохнулось об пол, послышался всплеск, дверь медленно со скрипом отворилась. В бледном дверном проеме возник силуэт борца сумо с бамбуковой палкой наперевес в одной руке и гранатой в другой. Однако никто не сорвался с места в попытке выпрыгнуть в окно и не кинулся доставать из выдвижного ящика стола припрятанный на всякий случай револьвер 36 калибра – все узнали по голосу бабу Клаву, нашу уборщицу, дежурную по этажу. Как всегда, она спалила по скрытой камере, что все расселись пить кофе, и поспешила нам помешать. Коллеги уверяли меня, что скрытой камеры нет, что все это профессиональное чутье уборщиц – я не верил. Нюх у них, как у собаки, что ли?

– Ты на что это намекаешь? – возмутилась тетя Клава, так что я аж подскочил с испугу, подумав, что размышлял последние секунд десять вслух. Но бабулька деловито натирала пол, не обращая на меня никакого внимания. Прижав плечом трубку к уху, она не переставала трепаться с кем-то по телефону. Вдруг задумалась, закусив губу. Я невольно перенял ее жест.

На самом деле хотелось биться головой об стену и проклинать собственное слабоумие. Я не успел сохранить работу. Если при таком же внезапном включении питания комп не предложит восстановить оборванную сессию, в отпуск я не полечу.

– Я уже думал, ты его убила и скрываешься! – радостно подпрыгнул Артур при виде секретарши нашего босса.

– Саша, где вас носит? Мы тут в офисе уже все с ума посходили! – тут уже подскочил Михалыч поздороваться с зашедшим следом за Лизочкой шефом.

– Даже не спрашивайте, – махнул рукой шеф и скрылся в своем кабинете.

Честно говоря, Лизочка – это не тот человек, которого я бы захотел встретить в темной комнате, даже если я при встрече оказался не один. Вот и сейчас неодобрительный взгляд ее сиреневых, казалось даже светящихся в темноте глаз, с цветными контактными линзами, разумеется, остановился на мне. Я нервно отставил кружку на стол. На мгновение мне почудилось, что она сканирует мои мысли. Лизонька же, убедившись, что я невинен как агнец, поправила распущенные сиреневые с желтыми прядями волосы, и походкой, заколачивающей гвозди, прошлась мимо меня, как бы случайно задев бедром кресло. Если бы я не поставил кружку, то сейчас прыгал бы как гиббон по офису и орал от ожога. Уфф… Даже подмышки взмокли.

Михалыч же ехидно ухмылялся в усы, я это даже в темноте видел.

Поднявшись со своего места, я глубоко вдохнул, медленно выдохнул, вытащил из выдвижного ящика коробку лапши быстрого приготовления и отправился к кулеру. А что, нам все равно неизвестно сколько времени еще бамбук курить. Мне следовало идти по коридору прямо, и через пять минут я должен был оказаться на месте. Однако за дверью меня обняла непроглядная темнота. Совсем забыл, что свет на этаже полностью вырубили. Вот кретин!

– Всем приготовиться к выезду! – скомандовал шеф, едва я успел вернуться, не солоно хлебавши. Как чувствовал, что на другие этажи соваться не стоит. – Сбор здесь внизу.