Камень Трокентана. Книга 2

Прекрасный цветок радует глаз, но под ним скрыты черви и всякая мерзость.

(эльфийское высказывание)

На ночлег члены экспедиции ушли, когда уже забрезжил рассвет. Спали они в комнате Линмы, но правда недолго. Винилин, которую не брали ни хмель, ни бессонница, сделала всем ранний и жёсткий подъём. Но, прежде чем устроить утренний переполох, она спустилась на задний двор и умылась холодной водой, и ей этого было достаточно чтобы оставаться бодрой целый день. Остальные же её спутники были все сонные и усталые.

– Какие горы, – взмолился Грума. – Нам после такого праздника надо как минимум день отсыпаться, давайте отправимся завтра утром, а то так мы далеко не уйдём.

– Никакого завтра, а уйдёшь ты так далеко, насколько потребуется! Праздник был изначально с расчётом, что сегодня мы отправимся. Мы засиделись, так что пошевеливайтесь!

– Мне кажется, я ещё не до конца протрезвел, – сказал Коли.

– Ничего, сейчас протрезвеешь.

– Но почему мы не можем остаться до завтрашнего утра?

– Потому что если мы сейчас останемся, то не уйдём отсюда ни завтра, ни послезавтра. Вероятно, наместница уже сегодня вечером объявит праздничные три дня по всему городу по случаю победы над оборотнем, а мы, как главные участники событий, надолго тут зависнем, так что пошевеливайтесь, нам пора уходить.

Да, она права, – сказала Антелин, которая также была бодрее всех остальных. Вечером она почти не пила и похмелье её теперь не мучило, разве только недосыпание, которое она, с виду, переносила без особого труда.

На Алорон же было жалко смотреть. Она долго не хотела вставать по-хорошему, и дело дошло до того, что Винилин стала бить её по щекам, а потом таскать за волосы.

– Вот я на тебя ещё воды холодной вылью, подожди у меня! – сказала она.

– Не надо, я уже проснулась.

– По тебе не видно!

– Потише, у меня голова болит, – застонала та в ответ и опёрлась на стенку.

– Сейчас пойдём вниз, нам там уже готов обед. Советую всем плотно покушать, так как такого обеда мы нескоро отведаем. У кого болит голова, можно выпить немного пива для лечения. А кто не взбодрится, будет обливаться холодной водой.

– Какой у тебя всё-таки противный голос, – пробурчал Грума, хватаясь за голову. – Вечно ты нас будишь ни свет, ни заря и не даешь нам поспать.

– Да, гном, и так ещё будет долго продолжаться, по гроб жизни будешь меня помнить. Я, кстати, уже распорядилась насчёт необходимых припасов. Повозки и лошадей с нами больше не будет, так как с ними, куда надо мы не доберёмся, тем более, если вдруг пойдёт снег. Всё, что возьмем, мы потащим на себе, точнее на гномах. Вы выносливые и сильные, а мы слабые женщины и не можем носить тяжестей. При этом она ехидно улыбнулась.

И действительно, когда гномы увидели приготовленную для них поклажу, то им стало даже страшно. В горы они взяли большое количество еды, которой было даже слишком много, по причине возможных снегопадов, из-за которых можно было надолго застрять в труднодоступных местах. Также они взяли нескольких палаток для ночёвки холодными осенними ночами. К этому добавлялась многочисленная поклажа, захваченная гномами из Карандора. И сверх всего этого на Коли были доспехи и большой двуручный топор, которые он наотрез отказался оставить на хранение у наместницы Джан-Амин.

Перед дорогой все спустились вниз, где сытно позавтракали. Обеденный зал был пуст, но уже прибран после вчерашнего торжества. Поев, члены экспедиции стали навьючивать друг друга. Заплечные мешки вышли очень большие, а кроме них палатки, зимняя одежда, кухонные принадлежности и ещё много чего. Идти с такой поклажей было трудно и не всем привычно. Но всё же ещё до полудня вся процессия покинула город.

Было пасмурно и довольно холодно, непонятно даже было, какими осадками грозят тучи, дождем или сразу снегом. Вскоре, они зашли в пожелтевший лиственный лес. Свежеопавшая листва расстилалась большим шуршащим ковром, так что в её ворохе вязли ноги путников. Они спустились по тропинке вниз с горы в небольшую долину к югу от города, по которой протекал небольшой горный ручей. Там они сделали привал и вдоволь напились родниковой воды. При этом они ушли несколько в сторону от общей тропы, чтобы случайно не встретить кого-нибудь из охотников и избежать тем самым лишней задержки.

Немного отдохнув, они пошли несколько вверх по течению ручья, а затем, свернув в сторону, вышли на едва заметную тропинку, которая потом перешла в хорошо натоптанную звериную тропу, поднимающуюся вверх. Тропа петляла вокруг горы по осеннему лесу.