Камень Книга одиннадцатая (СИ)

— Подъем, бойцы! Нас ждут великие дела!

Я с готовностью откинул одеяло и уселся на койке — приближение родителя к нашей спальне почуял еще на подходе, а сладкую полудрему удалось сбросить практически мгновенно.

— Дядька, отстань! — Александр тоже узнал голос цесаревича и закутался с головой в одеяло. — Еще полчаса!

Его поддержал Николай:

— Еще час, дядька! Иначе счастья не видать! — И поступил с одеялом по примеру брата.

Родитель отступать не собирался:

— А кто у нас постоянно ноет, что все серьезные дела без их участия проходят? Кто у нас отказался домой лететь, чтобы до конца свой долг перед Родиной на чужбине выполнить? У кого из нас скоро в планах предложение руки и сердца заморским принцессам делать в торжественной обстановке и в присутствии старших родичей?

Видимо, последний вопрос согнал у братьев все остатки сна — они мигом скинули одеяла, уселись по моему примеру на койках и вперили в цесаревича недовольные взгляды:

— Дядька, — забурчал Николай, — вы, старшие Романовы, самые настоящие сатрапы! Сами-то когда женились? Все как один после училища! А нас в восемнадцать лет на амбразуру кидаете!

Его поддержал Александр:

— Не на амбразуру, а в тюрьму! Это Коляшке с Евуськой повезло, она девка вменяемая! А мне какое счастье привалило? — Он тяжело вздохнул и продолжил: — Дядька, ты сам-то с моей Изабелкой общался? Она же отбитая на всю голову, вся из себя гордая и в край избалованная! Как хотите, но я после свадьбы постараюсь на губу в училище по любому поводу влетать, чтобы только на выходных любимой жене на глаза показываться!

Мой отец же на это только довольно улыбался:

— Стерпится — слюбится, племяннички! Вы присягу давали, клялись Родину защищать, вот и считайте, что Родина нуждается вот в такой вот жертве с вашей стороны. Короче, отставить пустопорожние разговоры, жалобы, необоснованные обвинения, самокопания с бессмысленными угрозами и марш приводить себя в порядок! Даю пятнадцать минут на спуститься вниз, у нас гости. — И под нашими заинтересованными взглядами родитель пояснил: — Его святейшество под кофий изволит слушать аудиозапись наших ночных переговоров с Медичи и Сфорца. Если поторопитесь и будете хорошо себя вести, молодые люди, под это дело можете получить высочайшее благословение.

— Очень надо!.. — в один голос буркнули братья.

Но с коек поднялись и направились в сторону ванной комнаты. За ними поплелся и я. В ванной обвинения в сторону родичей продолжились, но направлены были теперь уже против меня:

— И ты, Лешка, тоже хорош! — бурчал Александр. — Себе невесту-малолетку отхватил, на которой тебе только года через два жениться придется. Да и с головой у нее, судя по всему, все в порядке, в отличие от моей капризной Изабелки!

Тут его поддержал Николай:

— И развлекаешься ты, Лешка, опять без нас!

— И как же это я без вас развлекаюсь? — хмыкнул я.

— А кто избил старших Медичи? В то время как все остальные, и мы в том числе, скромно сидели в сторонке, терпеливо дожидались окончания… предварительных ласк и не имели возможности получить столь желаемое удовольствие?

— А кто вам мешал при захвате упомянутых лиц пару раз им по ребрам съездить? — отмахнулся я и стал выдавливать на зубную щетку пасту. — И Сфорца тоже слегка рихтануть?

— У нас инструкция жесткая была… — буркнули братья. — Князь Пожарский приказал никого не калечить…

Я нахмурился:

— А меня с вами на захвате вообще не было! Да и так называемое избиение старших Медичи было необходимо в рамках разработанного старшими родичами сценария, в подробности которого я, как и вы, был посвящен в самый последний момент. И вообще, дорогие мои, я вам и так стараюсь при проведении всех этих мероприятий подкидывать самые интересные и зрелищные задания, а сам занимаюсь скучными беседами с разными злодеями и запугиванием неприятеля. Скажете, не так? Так! Вам что, Генуи не хватило? Это ведь вы там с сожжением складов развлекались и на катере совершали морскую прогулку, пока я три контейнера с баблом и наркотой пер через половину Лазурного берега в Монако!

— И все равно! — продолжали бурчать Коля с Сашей. — Ты нас даже в Германию с собой не взял… И сегодня ночью тоже о нас забыл…

— Забыл?

— Да, забыл! Мог бы деду Коле сказать, что бить Медичи должны были мы, а ты будешь только разговаривать — он бы тебя обязательно послушал…

— А сами могли ко мне подойти и об этом попросить? — вздохнул я.

— Мог бы и сам догадаться…

Орудуя зубной щеткой у себя во рту, посмотрел братьев и мысленно усмехнулся — Коля с Сашей нисколько на меня не обижались, а большая часть их раздражения была направлена в сторону старших Романовых, «мешавших» полному раскрытию боевого потенциала двух уже «сформировавшихся» великих князей. И наш ночной «визит» сначала к Сфорца, а потом и к Медичи этому способствовал, потому как совсем не соответствовал представлениям братьев о Великом Подвиге во славу Российской империи. И я с ними тут был полностью согласен…