Камень. Книга Девятая

— Ренье, — успокаивал хмурого наследника Альбер, — никуда от нас русские не денутся, можешь не переживать.

— А почему тогда Николай тебе только один раз позвонил? — буркнул Ренье. — Еву-то с Кристиной тоже хорошенько приложило!

— Некогда Николаю, они там всеми старшими Романовыми совещаются и пытаются выработать самую выгодную с их точки зрения стратегию поведения. Зато Николай находится в постоянном контакте с Людовиком, и, если честно, сын, я очень рад, что нападение произошло на территории Франции, а не в Монако.

— Рад? — Ренье вскочил. — Еву с Кристиной чуть из-за этого Алексея не убили, а ты просто рад?

— Сядь, — спокойно попросил сына князь, — и прекрати уже истерить, нельзя позволять эмоциям брать верх над разумом. Лучше еще раз пересмотри ту запись с видеорегистратора, которая попала в прессу, и те записи с дорожных камер, которые нам любезно предоставил Людовик.

— И что нового я там увижу?

— А то, что род Гримальди после достигнутых договоренностей теперь находится практически в полной зависимости от рода Романовых, и даже род Бурбон нас защитить не способен — французы просто побоятся связываться с русскими.

— Ты имеешь в виду… этого монстра?

— Пять колдунов, Ренье! — воскликнул князь. — Пять! И он не стал их убивать на расстоянии, а решил физически уничтожить… Там вся квартира в кровище… Одному — предположительно, старшему группы — Алексей так и вообще голову разворотил напополам голыми руками, вырвав челюсть и выдавив глаза. А когда этот подрастающий монстр немного отдохнул от учиненных зверств, он в ультимативной форме потребовал от Дюбуа черепа всех пятерых колдунов. Людовик и его ближайшее окружение в шоке! Как и все причастные к расследованию инцидента.

— И что с черепами, отдали? — осторожно поинтересовался Ренье.

— Тебя сейчас только это волнует? — рявкнул князь. — Нам надо сделать так, чтобы Романовы как можно скорее объявили о помолвке великого принца с Евой — будет хоть какая-то гарантия того, что родство остановит Алексея от обращения с родственными Гримальди, как с этими пятерыми.

Альбер налил себе из графина в стакан воды, отпил и выдохнул:

— Ладно, хватит о плохом, есть и положительные моменты. Ты с докладами наших отельеров ознакомился?

— Когда бы я успел? На телефоне с супругой сидели, дочерей успокаивали… А потом пришлось и супругу… отпаивать…

— Так вот, Ренье, вся эта ситуация с переносом бизнеса Романовых в княжество, фотографии молодежи на фоне казино, инцидент на Ибице и дуэль с Филиппом сделали нам такую бешеную рекламу, что отели забронированы под завязку даже с учетом повышенных цен! Это же касается Ниццы, Канн и Сен-Тропе. Что самое характерное, к нам ломятся даже немцы с англичанами! — Альбер хмыкнул. — А слухи, знаешь, какие ходят?

— Ну, мне докладывали, мол, великий принц Алексей женится то ли на Стефании, то ли на Еве…

— Из самого свежего, сын, что дуэль Алексея и Филиппа пройдет именно в Монако, — князь довольно улыбался.

Ренье же недоверчиво протянул:

— Что за глупости? У нас площади всего княжества и на треть полигона нужного размера этим двоим не наберется!

— Моя идея, — ухмыльнулся старший Гримальди. — За спецслужбами Людовика было только распространение этой «глупости», учитывая полное понимание французов, что в Ниццу, Канны и Сен-Тропе любителей хлеба и зрелищ победнее примчится еще больше.

— А мне почему ничего не сказал? — нахмурился Ренье.

— Ну, ты же у нас за дочек все переживаешь, — посерьезнел князь, — тебе креативно думать некогда.

— Виноват… — опустил глаза тот. — Исправлюсь…

***

— Уверен, все думают, что это мы организовали нападение… — Король Испании Филипп оглядел ближайших родичей. — И Романовы в этом списке первые. Пока Николай мне не звонил, и это меня беспокоит… А вот Вилли с Георгом пытались аккуратно выяснить, имеют ли Савойские к произошедшему хоть какое-то отношение…

— И что ты им ответил? — принц Филипп, старший сын короля и наследник, нервно сжимал и разжимал кулаки.

— Заверил, что мы здесь абсолютно ни при чем, — поморщился глава рода. — Что я мог еще сказать в этой ситуации?

— Может, первым Николаю позвонить, отец? — не очень уверенно спросил наследник.

— И как ты это себе представляешь? — Филипп вперил в сына немигающий взгляд. — Оправдывается виновный! А мы действительно не имеем к произошедшему никакого отношения! Или имеем?.. — И глава рода Савойских тем же тяжелым взглядом обвел присутствующих.

Родичи короля опустили глаза, а за всех ответил наследник:

— Отец, мы бы не посмели… Но лучше бы этот Романов сдох… Ты запись видел? Мне специалисты сказали, что монтаж исключен, а Алексей действительно двигался на таких запредельных скоростях, двоился и троился, что…

Король, усмехнувшись, прервал сына:

— Очень хочется верить в то, что Романовы сами все подстроили, решив продемонстрировать перед всем миром возможности своего будущего главы рода.