Как вылететь из Академии за...

— И снова недобор! Какой позор! Каждый год! Одно и тоже! Ни одной нормально рожи! — нервно сопела женщина в фиолетовой мантии, расшитой черными бриллиантами. Ириса, она была единственным и бессменным куратором ведьминского факультета, искренне полагая, что человеческим магам нужна особая подготовка. Потому что на десять девчонок по статистике треть — ведьмака. Это — суровая статистика нашей академии. И, судя по аттестатам, не самая верхняя и не самая лучшая!

— Ириса, ну что мы можем сделать? Вот, вы уже стихами говорите, — вздохнул добродушный старичок, поправляя на столе бумаги.

— Бальдерс! Я сейчас матами говорить начну! — засопела Ириса, понимая, что она сейчас не отказалась бы от трети ведьмака! И желательно верхней!

— Ну что ж вы в самом деле! Добрее надо, добрее! — голосом доброго волшебника произнес сильнейший из магистров, поглаживая длинную белую бороду, спадающую на алую мантию, расшитую золотом. В последний раз от этого доброго волшебника войско бежало дальше чем видело. И даже те, кто врезался в деревья, продолжали бежать, но уже по инерции, поскольку магические плетения — не самый легкий предмет, но очень познавательный. Настолько познавательный, что именно в его честь и была названа Академия. Академия Магических плетений.

— Год еще не начался, а терпение уже закончилось! — рявкнула Ириса, поглядывая на воплощение доброты и любимца студентов. Еще бы! Он — виртуозный преподаватель, его всегда любили адепты, и больше всего, наверное за то, что наш старичок был не прочь пошутить вместе с ними, устраивая в Академии маленькие шалости. А ведь уже в годах, достопочтенный маг… С виду и не скажешь, что седина в висок, а моча в голову. Мы еще после того раза заикаемся! Некоторые даже в туалет с опаской ходят.

— Человеческие маги вырождаются, а после последних законов, так и подавно скоро закончатся! Так что за каждую треть ведьмака нужно побороться! И вот фигушки я кому-то уступлю студента! Да я за каждого, как за мужика порву! — многообещающим голосом заметила Ириса. — За каждую нормальную ведьму — покусаю!

— О! Напомнили! Есть и хорошая новость! Оборотней перебор! Они занимают целое крыло! Вот не зря их потомство называют помётом! — улыбнулся добрый Баль, а заседателей послышались смешки.

— Учебный год начинается через неделю, а у нас практически пустует факультет — отметив очевидное, сказал Литаниэль, длинные, светлые волосы его были собраны в идеальную прическу, перехваченные на голове чем-то наподобие ободка с зелеными листиками. Почему у меня складывается впечатление, что следы на клумбе, ведущие к лавровому кусту принадлежать одному констататору очевидных фактов. И если в следующий раз я увижу, как этот суповой набор с незаслуженными, но надерганными лаврами, вырядится в свою жилетку на голое щуплое и бледное тело, в штаны, вмещающие сразу все полушария, то я не посмотрю, что он лучший преподаватель природных стихий.

— Нет, ну а что? У нас недобор, а факультет пустует, — снова как-то радостно от собственной сообразительности выдал наш ушастый гений.

— Я знаю, почему эльфы долго живут. Потому что до них медленно доходит! Через пару сотен лет, я уверена, дойдет! Все нормально! Я постараюсь дожить! Я очень постараюсь дожить! — процедила Ириса, нервно сглатывая. — Не запоминайте, Литаниэль! Это ненужная информация!

— Может набрать туда обычных людей, сдать отчет в министерство, а потом отчислить за неуспеваемость или поведение? Что-то вроде к размножению годны, к магии непригодны! — обиделся Литаниэль, поправляя лавры генератора идей. — Дали подержать палочку? Подержали? Молодцы! Идите отсюда!

— А это идея! — тут же воспрянула духом Ириса, потирая ручки. — Но если кто-то о чем-то догадается, то в Академии появится сразу много-много вакансий! Будь проклят этот Император! Как только этот сопляк пришёл к власти- всё пошло прахом! И откуда только взялся? У Его покойного Величества ведь не было детей!

— Наверное, оттуда же, откуда берутся дети, — с улыбкой заметил Баль. — Аист принес, бросил в капусту, и поспешил улететь, пока его не догнали и не закидали камнями.

— Как вы можете? Мы служим на благо государства и людей! — подал голос молодой Вальдер, преподаватель боевых искусств. Он опять стоял у окна, в надежде, что где-то на горизонте появятся враги, но при виде него тут же исчезнут.

Руки его были заложены за спину, совесть — в магический ломбард, а на мощной груди натягивалась жилетка и рубаха. Если кто-то меня сильно достанет, то я пожелаю ему быть пуговицами на груди Вальдера, чтобы каждый раз с удовольствием лезть в петельки. Косяк влюбленных девушек следовал за ним даже в туалет, ревниво поглядывая на часы. Но слава богам, из косяка еще никто не залетел!