Как относиться к себе и людям

Три истории – как три мазка, как три аккорда. Пусть Книга начнется с этих трех историй: может быть, они лучше любых длинных предисловий представят некоторые стороны ее содержания и тональность?

Когда мне было 26 лет, я работал в пионерском лагере руководителем авиамодельного кружка. В пересменок я забрался в столярную мастерскую, чтобы на циркулярной пиле изготовить рейки. Брусок сорвался, и рука пролетела по визжащему диску. Дальше – замедленно: вижу – ниже ладони болтается что-то окровавленное, пальцы почти полностью отрезаны. Первые свои мысли тогда хорошо помню: "Отрезал. Что потерял? – Потерял гитару, пишущую машинку и каратэ. (Кстати, ошибся – потерял только гитару). С этими потерями – жить стоит? – Стоит" Подвел черту: "Значит, надо и дальше жить счастливо".

Посмотрел, не валяются ли где отрезанные пальцы, взял порезанную руку в другую, наметил как идти и аккуратно, спокойно пошел, стараясь не потерять сознание. Иду по дороге к лагерной машине и громко, но спокойным голосом кричу: "Ко мне! На помощь! Я порезал руку!" Подошел, лег на траву и дал подбежавшим четкие распоряжения: "Два полиэтиленовых пакета и лед – быстро"

(чтобы упаковать руку в холод – я надеялся на микрохирургическую операцию).

"В Москву – быстро!" По дороге я пел песни, это отвлекало и меня, и сопровождающих… Микрохирургии на меня не хватило, но врачи пришили почти все.

По моим впечатлениям, самым спокойным и здравомыслящим человеком в этой ситуации (кроме, естественно, врачей) – был я.

Герои следующей истории встретились у меня в клубе пять лет назад. Как-то на занятии я развиваю один из своих любимых тезисов, что создать семью могут два любых человека, если только у них есть желание, и они не имеют выраженных физических и нравственных дефектов. Любовь им может как помочь, так и помешать, и в принципе не обязательна. Обсуждаем, спорим, мои аргументы звучат убедительно.

И вдруг… Женя К. вынимает из кармана ключи, поднимает их для всеобщего обозрения и объявляет: "Я согласен с Н.И., но хотел бы это проверить.

Девочки! Это – ключи от моей квартиры. Кто хочет стать моей женой? Любая!"

В ответ напряженное молчание. Я тоже немного опешил: разговоры – разговорами, а тут человек предлагает ключи от квартиры… Но и самому интересно, спрашиваю: "Девочки, есть желающие?"

И вдруг… Оля С. поднимает руку и говорит: "Я согласна".

Мы потом долго обсуждали – все сошлись на том, что до этого момента никаких "особых" отношений между ними не было: обычные, хорошие, как и со всеми.

Делать нечего: я бодро объявляю, что у нас в клубе родилась новая семья.

Все поздравляют Олю и Женю. Здесь же обсудили, как им теперь жить, точнее учиться жить семьей. Облегчало ситуацию то, что у Жени была однокомнатная квартира.

Но важное условие: из разных соображений договорились о запрете на секс на время эксперимента. Оля и Женя ушли с занятий вместе, вместе пришли на следующее занятие… Мы их не расспрашиваем, потому что они спокойны и улыбаются. А через месяц они подошли ко мне и сказали, что уже подали заявление. Как объяснила Ольга: "Вы знаете, нам семейная жизнь очень понравилась. Конфликтов у нас никаких нет: мы их столько сыграли в Клубе, что дома нет желания этим заниматься. Правда, одно условие мы нарушили: спустя две недели Женя перестал на ночь уходить на кухню. У меня такое ощущение, что мы просто открыли свои душевные клапаны, и всю любовь, которую носили в себе, просто выплеснули друг на друга. Мы так любим друг друга!"

Сейчас у них уже дочка. Живут хорошо.

Кто носит очки, знает, как трудно было еще недавно найти хорошую оправу.

Мы долго искали моей жене Аллочке приличную оправу. Вдруг нам приносят итальянскую, с большими тонированными стеклами, прекрасно смотрится, но и цена велика. Нет, мы не бедные, но и не миллионеры, это точно. Ходим вокруг, размышляем – и хочется, и колется…

А тут звонок в дверь. Что такое? Врываются разъяренные соседи с нижнего этажа, оказывается, мы их залили, а они только что сделали капитальный ремонт. Мы залили им ванную, часть кухни, прихожей и даже угол спальни, которую они только что оклеили импортными обоями. Соседи возмущаются, жена плачет. Они требуют денег на ремонт, спорить не приходится. Деньги отдаю (из только что полученной зарплаты), жена плачет еще громче. Соседи, ругаясь, уходят. Я их провожаю, возвращаюсь к жене и говорю: "Все, этот вопрос больше не обсуждается. Очки мы тебе берем.

Почему? Потому что человеку плохо. А ему должно быть – хорошо.

А теперь – давайте познакомимся.

Меня зовут Николай Иванович, мне 33 года (в душе чувствую себя лет на 19), я психолог и муж (жена зовет меня Солнышко). Жену зовут Алла (она у меня "Чуда")– У нас два сына – Ваня и Саша, погодки. Внешне очень похожи друг на друга, оба живые и энергичные, но Ваня жесткий, а Шурик – лапочка.