Качели времени. У времени в плену

– Мама, я тебе в последний раз повторяю: решение окончательное и обжалованию не подлежит.

– Но…

– Мама!

– Хорошо-хорошо. Однако я не понимаю: зачем вы тащите с собой Мишу?

– Мама, я же уже объяснила: Александр не видел нас целый месяц. Естественно нам хочется провести время исключительно в кругу своей семьи, без посторонних. Отдохнуть, пообщаться. Ведь мы раньше никогда так надолго не расставались.

– Мы, между прочим, тоже твоего мужа месяц не видели, но подобного желания почему-то не испытываем.

– Ну ещё чего не хватало! Мама, ну что ты у меня такая подозрительная? Что может быть такого страшного в нашем желании отдохнуть вместе, всей своей семьёй?

– Не знаю, но уже предчувствую неприятности.

– К счастью, ты не Ванга.

– Но моё материнское сердце чувствует: что-то не так.

Если бы сердце! Совершенно точно в маме говорят отголоски дара эмпатии, которым она, слава всем Хроносам, не владеет в полной мере. И она совершенно справедливо волнуется и подозревает: я действительно в некоторой степени скрываю от неё правду. Но нельзя же ей рассказывать о том, что мы собрались искать потомков всемогущих, которые могли бы занять их место! Мамочка меня точно тогда в дурдом отправит.

– Хоть бы Майкла оставили у нас. Чего его с собой таскать-то?

– А ничего, что это наш сын вообще-то?

– Но ты сама только недавно говорила о том, что малышу вредны дальняя дорога, акклиматизация…

– Мам, мы не на другой материк смываемся. А всего лишь на юг нашей необъятной родины. Там сейчас не сильно теплее, чем у нас, хотя некорректно сравнивать Сибирь и Сочи… Но всё-таки.

На самом деле Майкл будет отправлен к Эригоне и Антею, но маме совершенно необязательно об этом знать. Как и о том, что её обожаемый внук внезапно заполучил огромную силу, с которой только учится справляться. Браслет, сделанный сынишке Даниилом, в этом не очень помогает. Всё-таки рассчитан он на другой уровень силы. Всемогущий срочно придумывает новый способ сдержать возросшую энергию нашего мальчика, а мы с Александром так же срочно учимся быть родителями гениального по всем параметрам ребёнка.

Гениальный же ребёнок за прошедшую неделю едва не устроил Армагеддон локального масштаба, подчинил себе воду в ванной, заставив её разойтись к "берегам" (он не очень любит мыться больше одного раза в день), поджёг снег и чуть не превратил родного дедушку в хомяка. Точнее, он это сделал, но мы вовремя спохватились, и успели вернуть моему отцу нормальный вид, стерев при этом отрезок памяти о его пребывании в виде грызуна.

И поэтому совесть просто не позволила мне скинуть Майкла на родителей: мало ли что он сотворит с ними. Правда, мелькнула соблазнительная идея доверить сына его дядюшке – авось, посидит Женька в хомячьей шкуре, подобрее станет, и не будет к нам со своей слежкой привязываться. Но кто же тогда за мальчиком присмотрит? Поэтому было решено доставить ребёнка к родителям Саши, предварительно отыскав способ его утихомирить. Антей и Эригона не испугались перспективы присмотра за обожаемым внуком. Свёкор даже обрадовался возросшей силе мальчика и заявил нам, что после одного сына, агента Хроносов и другого сына, ботаника и бабника в одном флаконе, ему гениальный и могущественный внук вовсе не страшен. Что же, надеюсь, он осознаёт, чем ему грозит пребывание Майкла… Утешает то, что рядом на подхвате Гигия, с её железной рукой и Иксион, пока ещё не отбывший на Эдем. Вообще паренёк уже собирался улететь к дроди, но, узнав, что его любимый племянник на некоторое время заглянет в гости, решил остаться и помочь родителям.

Естественно, моей матери действительно лучше не знать о том, что Майкл будет находиться у других бабушки и дедушки, иначе возникнут новые вопросы. Впрочем, их и так меньше не стало.

– А что Александр думает с работой делать? – вопросила мать. – Месяц был в отпуске, неделю поработал, и снова в отпуск? Кто же ему позволит?

– Мама, во-первых, Саша начальник своей лаборатории. А во-вторых, он может взять что-то вроде научного отпуска для работы над какими-то там изысканиями, по которым он напишет соответствующий трактат.

– Но ведь он ничего не напишет!