К чёрту ваши отборы! (СИ)

- Делла Валенсия, делла Валенсия, просыпайтесь! Женихи уж приехали!

- Ты что, старый, ума лишился? Какая, к чертям собачьим, Валенсия? - тяжело моргаю, фокусируя зрение. А оно, вот уж странность, довольно ясное. И это с моей-то развившейся к семидесяти восьми годам катарактой.

- Делла Валенсия, приснилось чего? - порхает по комнате тощая девчушка, явно не моя внучка. Моя-то только и знает, что в каких-то интернетах сидеть, а эта и шторы вон распахнула, и завтрак на постель поставила, и с платьем наготове стоит. А сама, знай, все про каких-то женихов трещит.

- Валентина Ивановна я. А ты кто, милая? - спрашиваю, на кровати садясь.

Ничего не понимаю. Комната уж точно не моя хрущевка с болгарским ковром на стене, купленным за немыслимые по советским ценам сто восемьдесят рублей. Тут пошикарнее будет. На полу вон шкура какого-то чудища глаза таращит и пасть раззявила. А кровать-то с занавесками, как у принцессы какой! И стол вон узорный со склянками разными.

Девчушка в кулак прыскает. Все ей смешно.

- Ну, вы и затейница, делла! Я ж Анита, служанка ваша. Вы кушайте, кушайте, женихов уж пора встречать.

Но кусок в горло не лезет, хотя пахнет еда уж куда как лучше овсяной каши, на которую пришлось перейти ввиду возраста. А что поделать! На зубного-то никакой пенсии не напасешься!

- Ты это, Анита, давай-ка расскажи лучше, где я. Или пока спала, меня в дом престарелых отволокли? Хотя вряд ли детки бы раскошелились на такие хоромы.

- Делла, нехорошо вам? - хмурится девушка. Глупенькое выражение на лице сменяется обеспокоенным. - Лекаря позвать?

- Да какого лекаря, тут уж ничем не поможешь, коновала разве со смертельным уколом, - кряхчу я, осторожно с кровати слезая. Так, вот здесь осторожнее надо, бедро-то, однажды поломанное, болит еще. Да и живот большой (работе повара спасибо жирное!) надо поддерживать, чтобы уж сильно по коленям не бил. Рука, однако ж, пустоту зачерпывает. - А где живот-то?

- Делла Валенсия? - жалобно Анита мяукает.

Да и в теле небывалая легкость. Из зеркала около шкафа на меня глядит... я, только не та я, которая с животом-подушкой, отвисшими до колен титьками, мятым лицом и гипертонией, а та я, которая из далекого шестьдесят первого. Которой двадцать лет, в глазах дурь несусветная, а в голове одни парни да танцы. Зато волосы густые, а живота еще и в помине нет!

- Кузнецов, старый пень! Говорила ж я, что первая помру, а ты не верил! - хохочу. - Вот значит, как рай-то выглядит! С упругим задом и служанками! А то знай про свет в конце тоннеля да про ангелов сказки сказывали. - И так перед зеркалом, и сяк кручусь. - Ой, хороша!

- Делла Валенсия, может, все-таки лекаря позвать? - продолжает Анита мяукать.

- Отстань ты со своим лекарем, пристала, как банный лист к заднице! Давай сюда платье и женихов пошли смотреть! Много их, кстати, женихов-то?

- Семеро прибыли, да один другого краше, - сплетничает пришедшая в себя Анита, а сама в платье из богатой материи меня наряжает. Это тебе не дешевая синтетика, в которую приходилось по молодости рядиться, и не старушечьи пуховые платки, в которые последние десять лет куталась, потому что сосуды уже ни к черту. - Ой, красавица делла. женихи-то за вас драться будут! - восторженно служанка пищит. Вот и волосы в прическу уложены, и шея тонкая ожерельем из драгоценных камней украшена. В последние-то двадцать лет ее только ожерелье из жира и морщин украшало.

- Давай, показывай, где женихов смотреть! - азартно велю я, радуясь, что поговорка «жили долго и умерли в один день» не применима ко мне и Кузнецову.

***

Шум, толкотня и мельтешение, - вот и все, что наблюдаю, усаживаясь на троне в главном зале. Стайка легкомысленных девиц тут же меня окружает. Фрейлины это. А я вот думаю, на кой хрен в моем личном раю сдались эти вертихвостки.

- Приветствуйте же деллу Валенсию! - орет какой-то коротышка на весь зал. Я вздрагиваю. Шум тут же стихает, все в глубоких поклонах склоняются. Спасибо ему, конечно, но мог бы и предупредить, прежде чем так орать. - Несравненная делла Захудаллии решила выбрать себе супруга из числа владеющих магией отпрысков высокородных кровей, чтобы защитить границы нашего королевства. Посему всем претендентам надлежит пройти отбор, в течение которого посредством испытаний делла Валенсия выберет самого сильного кера!

- Хера? - переспрашиваю.

- И объединит с ним свою магию! - заканчивает верещать коротышка. Грудь раздув для следующего залпа, продолжает: - Первый день отбора - знакомство и дары! Кер Драгонь из Властной Долины!

- Ох ни х.. ж себе! - восклицаю я. первого претендента увидев. Хорош, как тот актер из «Великолепного века»! Глаза, волосы, бородка, одежда, - все черное. На лице выражение «падайте все, я пришел». Уж я б его ухохотала!

- И что у тебя за магия, хер... в смысле, кер Драгонь? - спрашиваю претендента к моей белой ручке прикладывающегося.