Извращённые склонности моей младшей сестры

Верхний свет постепенно тускнел, и длинное офисное помещение с каждой секундой погружалось в таинственный полумрак. Длинные ряды одинаковых столов, отгороженных друг от друга пластиковыми перегородками, в этот поздний час были пусты, и лишь за одним крайнем в третьем ряду столом сидела молодая сотрудница. Над её головой горела небольшая лампочка, на мерцающем экране компьютера выстроились ряды столбцов, заполненные иероглифами и цифрами. Девушка поправила на переносице узкие очки в тонкой оправе, тяжело вздохнула, поморгала и снова уставилась на экран. Пальцы её бегали по клавишам с невероятной скоростью, столбцы заполнялись один за другим. Девушка и правда была очень молода, из-за детских черт своего лица она выглядела даже моложе, чем была на самом деле. Звали её Танигава Сэцуко, ей было двадцать три года, и эта компания по продаже упаковочных материалов была её первым местом работы. В декабре Сэцуко с отличием окончила университет, не Бог весть какой, но и не самый худший, однако на поиски работы ушло у неё долгих четыре месяца. И вот когда она уже совсем отчаялась и почти решилась вернуться в свой родной город к бабушке и дедушке, ей удалось пройти собеседование. Сэцуко вспомнила, переполнявшую её радость, ей казалось, что это самый счастливый день в её жизни. Но работа оказалась вовсе не такой замечательной, как ей показалось вначале. В офисе работали почти сплошь мужчины среднего возраста, и Сэцуко чувствовала себя на первых порах не очень комфортно. К тому же ей, как новичку доставалось больше других. Более опытные сотрудники не стеснялись сваливать на Сэцуко свои промахи, а она должна была в ответ лишь извиняться и кланяться. Честно говоря, мысли о том, чтобы уволиться в течение двух первых недель часто приходили ей в голову, но потом она втянулась, освоилась. Да и травить так сильно её перестали, а может быть, она просто привыкла. Наконец Сэцуко поставила последнюю цифру, ещё раз пробежалась глазами по всей таблице, глаза её устали, цифры расплывались, ею овладело какое-то равнодушное отупение. Плюнув в душе, она решительно отправила отчёт своему начальнику, облегчённо, устало выдохнула и бросила взгляд на часы, висевшие над входными дверями.