Извините, но я люблю злодея!

— Дурнушка! Дурнушка, как ты! Дурнушка, прошу, очнись!

Чёрт подери, как же голова трещит. Такое чувство, словно по ней битой ударили, причём не один раз. Что вообще происходит?

— Дурнушка! — прозвучал мягкий, но довольно высокий женский голос прямо над моим ухом, после чего почувствовала, как меня приподняли за плечи, слегка встряхивая. О нет… Ты что творишь?! Не тряси так: меня же вырвет! — Дурнушка! Дурнушка, очнись!

Чё?.. Как меня назвали? И если учесть, что трясут именно меня, то этим тупым прозвищем обращаются именно ко мне. Медленно, с огромным трудом открыла глаза и осмотрелась. Никогда не думала, что просто «смотреть» будет так больно. Голова раскалывалась.

— Ох, Дурнушка! Ты жива! О Боги, я так рада! — воскликнула девушка и до того, как я успела её разглядеть, повисла на моей шее.

Воу-воу, полегче, девушка. Откуда столько драматизма? Мы же не кино тут снимаем. С чего это мне вообще быть мёртвой? Кстати, ты вообще кто? И почему это она столько рыдает у меня на плече?

Наконец-то стала различать цвета и контуры. Заметила, что девушка, которая оскорбляла меня, но при этом рыдала и обнимала, имела длинные волнистые волосы ярко-солнечного цвета, более того, на ней имелось на удивление необычное платье, которое сразу же бросалось в глаза. Хоть я и не из последних людей, и многое успела повидать в своей жизни, но с таким нарядом сталкивалась разве что в фильмах про средневековых принцесс, рыцарей и благородных дам.

Хм… Ярко-розовое, украшенное перламутровыми бусинами. Красиво… Уже могу прикинуть приблизительную рыночную стоимость этого наряда и, учитывая мой опыт, сразу могу сказать, что это не дешёвая подделка. Более того, ручная работа.

— А-а-а-а! Дурнушка-а-а! — продолжала рыдать девушка, вопя мне в ухо.

Да что с ней такое? Ты вообще кто? Точно фильм снимают. Мой секретарь что-то говорил о съёмках, но разве не собирались снимать элементарную рекламу кукурузных хлопьев? Они, случаем, не перешли свой предполагаемый бюджет? Надо будет передать, чтобы проследили за этим: переплачивать за этот лоск я не собираюсь. Хотя и актёров подобрали красивых, ничего не скажешь…

— Аннабель! — прозвучал теперь уже мужской голос со стороны.

К нам бежал молодой парень, одетый в бирюзовый фрак, на первый взгляд, восемнадцатого века. Меня бы очень смутили его белоснежные и облегающие штанишки, если бы этот парнишка не был красавчиком. Нет, реально красив. Высокий, стройный, подтянутый, хорошо сложен и явно часто занимается физическими тренировками. Более того, он также был обладателем великолепных солнечных волос, которые казались золотыми и сияли при свете дня. А лицо… Это лицо принадлежало ангелу, не меньше.

Чёрт меня подери, парнишка, а тебя ждёт большое будущее с такими данными. Подобрать бы хорошее модельное агентство, и на сцену выйдет новая звезда. Хм… Может, предложить ему свои услуги? Связи есть, да и гонораром не обижу. Хотя, возможно, он уже с кем-то заключил контракт: такой самородок на дороге не валяется.

И всё же, похоже, вышли за пределы запланированного бюджета. Ладно, пригласили актёров, но в бизнесе как: чем красивее модель, тем дороже. И, походу, меня маленько разорили…

— Аннабель! — продолжал он кричать, обращаясь к плачущей девушке. — С тобой всё хорошо? Почему ты плачешь?

О! Так эта блондинка — Аннабель, да? Редкое имя. Необычное. Больше подходит для милых и наивных героинь в дешёвых романчиках, которые я так люблю читать вечерами. Ноль логики, ноль напряжённостей. Только эмоции, страсти и шаблоны. То, что нужно. Эх… Сейчас бы почитала парочку. Только бы разобраться, как я на съёмочной площадке оказалась? И где это мы вообще? Разве съёмки планировались не в торговом центре? Судя по пейзажу, мы, похоже, арендовали целое поле для игры в гольф. Кругом идеально зелёная травка, подстриженная листок к листку, небо голубое, птички поют, цветочки пахнут — ну лепота! Только во сколько мне всё это удовольствие обойдётся?

— Аннабель, ты не ранена? — обеспокоенно спросил красавчик, слегка обнимая девушку за плечи и отталкивая её от меня.

— Нет… — заплаканно отозвалась девушка. — Но Дурнушка…

Вновь она меня так назвала. Хотелось высказаться по этому поводу, но я замолкла, даже не начав. Стоило взглянуть девушке в лицо, как я вообще забыла о том, что хотела сказать. Если кратко, то передо мной был ярый образец неземной красоты. Юная девушка, которая не просто сошла с обложек глянцевых журналов, а с картин самых искусных художников.

Черты её лица идеальны. Кожа белоснежная и, учитывая небольшое расстояние между нами, я не заметила ни единого изъяна: ни пор, ни прыщей, ни даже элементарных родинок. Алые губы имели слегка пухлую форму, напоминающую бантик. Аккуратный носик немного вздёрнут, тонкие изящные изгибы бровей и большие глаза нереального аметистового цвета. На свету они сверкали, словно драгоценные камни.