Изгой

Ссора

На одном небольшом атолле мы сделали остановку — чтобы пополнить запасы воды и подстрелить немного дичи. Встреченные аборигены — племя рыбаков — радушно приветствовало нас, особенно эльфов из числа команды, которых они никогда не видели. Мы задержались здесь на два дня, во время которых я обратил внимание на старые руины неподалёку и знаками спросил о них старейшину племени. Он, как смог, объяснил мне, что тут был форт драконьих рыцарей.

Мало кто из ныне живущих может похвастаться тем, что встречал представителей этого клана на своём пути. По большей части те, кто видел подобных созданий воочию, уже не могли об этом никому рассказать.

Драконьи рыцари — это клан орков (если верить известным нам, и весьма немногочисленным, преданиям), отделившийся от кочевников много сотен лет назад. Изгои, посвятившие себя никому не известной цели. Несколько тысяч воинов, магов и простых пастухов в один день свернули стойбище на равнинах Трейи и просто исчезли. Насколько известно — в тот момент лидеры орочьих кланов не обратили на это особого внимания. А если и обратили — ничего предпринимать не стали.

Однако позднее, на протяжении сотен лет, потомки исчезнувших орков (а может, это были все те же существа, заключившие сделку с темными силами) появлялись в мире то тут, то там, всякий раз неся с собой смерть, разрушение и хаос.

Их появления почти всегда сопровождали важные события: рождение Данессу, бога-протектора, начало и конец Войны Ярости, расколовшей Центральный материк (его название мы до сих пор не знаем). По правде говоря, многие считают Драконьих рыцарей предвестниками, которые сообщают миру о том, что скоро он изменится. (В этом отношении обязательно следует упомянуть народ драконов, но я сделаю это в следующей записи, чтобы не отвлекаться сейчас).

Отличает драконьих рыцарей от их собратьев то, что жизнь их наполнена тёмным дыханием, от которого их глаза и кожные поры светятся огнём цвета индиго. Он же придаёт этим существам феноменальную силу, ловкость и долголетие.

На моём пути этот клан не встречался и, надеюсь, не повстречается. Однако было бы интересно обследовать труп одного из рыцарей, чтобы развеять или подтвердить миф о том, что доспехи этих орков со временем врастают в их тело (благодаря всё тому же тёмному дыханию). К сожалению, в руинах на безымянном атолле мне не удалось найти ничего, кроме нескольких наскальных рисунков. Они практически стёрлись, но благодаря Силе мне удалось их срисовать (см. приложение). Бесспорно, сцена битвы, изображённая на рисунке, показывает нам Драконьих рыцарей и их противника. Вот только узнать — кто этот противник, не представляется возможным. Ничего подобного я никогда не видел (почерк неразборчиво обрывается)

Записи о семилетнем океанском плавании вдоль берегов Кёльна и Трейи (Задолго до Перелома). Автор не установлен

Дангар. Тирейский архипелаг. Второй весенний месяц года Поиска.

Молчание затянулось. Собравшись в главном зале (там, где стояли телепортационные арки и огромная платформа, управляющая ими), члены Братства обдумывали случившееся. Пятнадцать человек. Всего пятнадцать человек. Чуть больше половины из тех, кто встретился на тайном собрании в Диффенхейме. Остальные остались лежать в коридорах злополучного особняка и на его дворе, под сгоревшими яблонями.

Лишь пройдя через Разлом я осознал, что оставил в городе не только свои вещи, но и одайруса. Малыш Арес жил в моих комнатах во дворце с того самого времени, как я обнаружил его в подвале одного из особняков. Зверь практически не покидал их, лишь изредка выбирался из окна и, цепляясь своими когтистыми лапами за неровности каменной кладки, забирался на крышу, гуляя там.

Я не брал его на наши последние вылазки — ровно также, как и не взял на собрание, не желая привлекать к себе излишнего внимания других магов. Было ужасно обидно осознавать, что я бросил нового друга, едва познакомившись с ним. Кто-то мог сказать, что животное есть животное, и не стоит расстраиваться из-за подобного, но… По счастью, вокруг не нашлось человека, способного ляпнуть подобное сейчас — иначе я бы просто убил его. Одайрус вызывал во мне эмоциональный отклик — с ним я чувствовал сильную родственную связь. Почти такую же, как и с Эрин, но другую. И теперь ощущал себя настоящим уродом оттого, что оставил Ареса одного.

Никто не делал попыток обсудить произошедшее менее часа назад — все были слишком измотаны неожиданной схваткой, однако я видел, какие взгляды бросает на меня Лайен. Кажется, он раздумывал над тем, что ему предстоит мне рассказать. Но Учитель, несмотря на мою вспышку гнева, случившуюся чуть раньше, даже не представлял, насколько я зол на него.

— Дангар, — тихо произнесла Эрин, сидевшая рядом со мной на каменной плите. Кажется, рыжая почувствовала клокотавший во мне гнев, — Пожалуйста, успокойся…