Избранное. Книги 1-8

В романе развиваются идеи, к которым строгая наука еще не пришла. Автор решил не ждать, пока она к ним придет.

Но, несмотря на это и на обилие ситуаций и картин фантастического плана, перед вами реалистический роман. Особенность лишь в том, что его глобальный и Вселенский реализм, реализм сутей, соотносится с обычным литературным реализмом, как правда с правдоподобием.

Целью данного произведения является изменить нынешний ход человеческой цивилизации. Да так, ни больше ни меньше. Смехотворность претензии очевидна: писк комара против грохота бури. Но в последней части читатель сам сможет измерить глубину пропасти, в которую нас увлекает этот процесс и согласится, что иную задачу здесь ставить и нельзя. Если разум людей не самообман, а действительно вселенская реальность, то возможно и сейчас овладеть ситуацией.

Роман писался долго, поэтому читатель найдет в нем немало примет т. н. примет «застойного» времени. Собственно, по литературным кондициям он был готов для печати еще в 1975–1976 годах; но вникнув в текст, читатель поймет, почему роман выходит только сейчас. Тем временем некоторые технические идеи (к счастью, третьестепенные) перекочевали из фантастики в действительность: например микропроцессорная техника — правда, пока больше в зарубежной электронике, чем в нашей. Остается утешать себя, что и это — правильно угаданная тенденция развития техники — подтверждает глобальную реалистичность романа.

…Впрочем, было бы неуважением к избранной теме работать над ней менее двадцати лет.

АВТОР

2 сентября, в воскресенье, на улицах Таращанска, районного центра в степной части Катаганского края, было много народа. День выдался солнечный, не по-осеннему теплый. Легкий ветерок шевелил листья кленов, ив и пирамидальных тополей. Население тяготело преимущественно к рынку, прилавки которого ломились от осеннего обилия фруктов и овощей, к недавно открытому универмагу — трехэтажному бетонно-стеклянному кубу с красочными витринами — и к Дому культуры, где шел новый фильм.

В половине одиннадцатого к городу со стороны далеких, едва видных на горизонте гор приблизилось, постепенно оседая с ясного неба, нечто, похожее на округлую тучку в серо-синими краями и темной сердцевиной. Впоследствии нашлись очевидцы, утверждавшие, что им показалось странным, что «тучка», во-первых, шла не по ветру и, во-вторых, будто не освещалась солнцем: у облаков обращенный к солнцу край всегда светел, — а у нее такого не было. Действительно ли эти люди обратили внимание на такие странности или сообразили потом, под действием событий, — кто знает. Взгляды большинства жителей были прикованы к земным предметам, в небеса никто особенно не засматривался. Идет себе тучка — и пусть.