История трёх судеб. Становление королевы

“Любовь, странное слово, кто его вообще придумал? Да и была ли это она или что-то иное, что мне не дано понять и выявить? Бывший бог хаоса, тьмы и разрушений не ошибся, выбрав Миаленику Кленскую, законную и на тот момент единственную наследницу трона в качестве приманки для меня. Девушка сыграла свою роль, зародила в душе привязанность к себе, которую можно назвать любовью. Стоили ли эти чувства и мимолетные мгновения счастья боли и пустоты, которую я ощущаю, потеряв ее? Ответ на этот вопрос я не готов дать, ведь тяжесть на груди настолько невыносима, что хочется снести все на своем пути и любыми средствами отомстить тому, кто лишил меня всего, что было дорого.” Венториэль Виндед, последний лидер совета.

Столица Апатии виднелась далеко позади, но Венториэль не хотел оборачиваться. Мысли о том, что осталось в городе за крепостными стенами разрывали сердце и с трудом удавалось сдерживать вопли ужаса и боли. Он знал, на что шел, сближаясь с Миаленикой, все случилось именно так, как боялся. Успокаивал лишь факт, что бог тьмы хаоса и разрушений Алист не дожил до этого момента и никогда не увидит результата своих действий. Он играл жизнями людей, словно они принадлежали лично ему. Направлял их судьбу так, как хотел, но в результате проиграл, а начатое им закончил другой, более опытный и хитрый бог.

Впервые получив отказ, привыкший получать желаемое, бог смерти приложил много усилий, чтобы заполучить Миаленику. Разозлившись, он не стал церемониться и вынудил девушку распрощаться с жизнью. Именно так выглядели его поступки, но что таилось за ними на самом деле им не дано понять. Ненавистное имя крутилось в голове постоянно. Лидер совета пробовал его на вкус, произнося одними губами и разбирая по звукам и буквам. Доходило до того, что он начинал забывать смысл, и что за слово произносит.

Хенорп не должен остаться безнаказанным и сейчас это главная цель, поставленная перед Венториэлем. Потеряв из-за богов все, что когда-либо имел, последний лидер хотел любой ценой найти способ отомстить. Но как наказать бога смерти, тьмы, хаоса и разрушений, которого нельзя убить? Вот ключевой вопрос, на который надо найти ответ, где-нибудь подальше от столицы Апатии. Если прежде он мог отправиться в любой из замков совета, на текущий момент павшего ордена, то сейчас они стояли опустошенные, с обугленными стенами и остатками убитых там людей. Единственный человек, который мог помочь – жил в отдаленном поселении у самой стены, на границе стран.

В прошлый раз они были там втроем. Оба наследника трона Апатии и он. Именно там Венториэль познал наслаждение от близости с девушкой и впервые понял, что придется побороться за ее жизнь с высшими силами. Он выиграл битву с Хенорпом за нее, но проиграл войну. Чем дальше лошадь уносила последнего лидера от столицы, тем легче становился камень, давящий на грудь. Нытьем и причитаниями ничего не добьешься, и он прекрасно знал это. Венториэлю предстояла очередная война, и он не имел права в ней проиграть.

Когда Миаленика медленно поднялась с костра и замерла на постаменте в центре площади, люди смотрели на нее по разному. Стоя на коленях, со свечами в руках, одни видели чуть ли не богиню, восставшую из мертвых или сошедшую к ним с небес. Другие окрестил произошедшее хитрым ходом королевской семьи, для закрепления власти. Обвинили Кленских в попытке обожествить должность короля и называли воскрешение Миаленики спектаклем, ведь они не видели всего сами, как первые. В Апатии про существование подобного обряда жители никогда ничего не слышали, они не привыкли к чудесам, а тут оно случилось на их глазах. Прежде не имевшие вероисповедания, граждане начали молиться на Миаленику или проклинать и ненавидеть ее.

Виктор попросил сестру не покидать выделенных покоев без персонального разрешения и не показываться на балконе. Он хотел в первую же минуту послать за Венториэлем, но Крист остановил его, призвав не спешить и разобраться с внутренними делами. Миаленика одобрила это решение, ведь рано или поздно, она все равно умрет, и разобьет сердце лидера совета второй раз. Нельзя такого допустить. Разум подсказывал, что она поступает правильно, но сердце нестерпимо рвалось следом за возлюбленным и лишь запертые двери комнаты останавливали от безрассудных поступков.

Привыкнуть к фиалковому цвету глаз оказалось достаточно трудно. Каждый раз, смотря на отражение в зеркале, Миаленика видела вовсе не себя, а кого-то другого. Пока брат разбирался с кризисной ситуацией, доставшейся ему от предыдущего короля и восстанавливал размеренный ритм жизни в столице, ей приходилось довольствоваться одиночеством и книгами. Заняты были все, кроме нее, и это удручало, ведь она бывший лидер совета и тоже могла помочь, но на каждое предложение получала отказ. Виктору не нужна помощь, он знает, что делать и как будет лучше, ведь он учился в замке совета, а она нет.