История одного человека

День первый.

22 мая. 23:15. Стоял теплый, весенний вечер. Только-только закончился дождь. На небе ярко светила Луна. Она излучала магический, синий свет, который ярко отбивался в луже. Себастьян лежал на лавочке у своего двора и наслаждался тишиной, стоящей вокруг. Тишина несла счастье и умиротворение. Себастьян лежал, закинув нога на ногу, а под голову намостил себе подушку с курточки и вдыхал свежий воздух вперемешку с запахом цветущих цветов. Это была прекрасная ночь. Полна магии и таинств. Дождь освежил все, а Луна наполнила ее волшебством.

– Прекрасная погода, – сказал про себя Себастьян.

Он достал из кармана шоколадку, распечатал ее, оторвав половину бумаги, и, сжав ее, сунул себе в боковой карман. Он держал эту плитку, будто ей нет цены. Такие мелочи, но так делали его счастливым. Вкусный шоколад, теплый вечер со свежим воздухом и возможность просто этим наслаждаться, раскинув ноги. Он поднес шоколадку, вдохнул ее приторный аромат и начал слегка посасывать ее край. Он не хотел кусать, но насладиться всем вкусом. Она таяла, таяла, пока почти не поплыла в его рту, и только тогда он откусил. Это был божественный вкус, сладкий, приторный, молочный. Вкус, дарящий вдохновение и море сил. В горле у него начало слегка першить, драть. Он прокашлялся. Но это был кашель не болезни, не боли в горле, а божественного вкуса, с которым не хотелось расставаться. Он откусил еще кусок и еще, и еще.

– Вкусно? – послышался мягкий женский голос за спиной.

Себастьян поперхнулся .

– Та спокойно, – сказал голос с насмешкой. Это была его соседка Лиза. Стройная женщина 25 лет. Она обладала выразительными зелёными глазами, глазами ведьмы и черными волосами. Своим видом она походила на цыганку, но светлая кожа и добрый, милый взгляд без толоки хитрости говорили об обратном. На ней были лёгкий сарафан и светлая майка, с под которой выглядывала большая упругая грудь. Она стала прямиком над ним.

– Двигайся, – резко сказала Лиза, толкнув Себастьяна ногой.

Себастьян хмыкнул и поднялся. Лиза подсела рядом, забросил нога на ногу. С под сарафана выглянуло ее бедро. Себастьян попытался спрятать свой взгляд, но это было тяжело. Глаза сами смотрели. Он понимал, что хочет ее.

– Ладно, – ответил Себастьян, – пошел я.

– Э, – удивленно спросила Лиза, – уходишь. Мы же и не поговорили даже.

– А о чем говорить? – спросил Себастьян, пытаясь быстрее уйти.

– Та просто пообщаться, – сказала Лиза, посмотрев на него серьезным взглядом. Себастьяна на минуту это заставило засомневаться, стоит ли уходить, но посмотрев еще раз на ее выпуклую грудь, он определенно решил, что лучше ему уйти.

– Извини, Лиз, – снисходительным тоном сказал Себастьян, – но мне действительно нужно идти. Давай в следующий раз, – предложил он и улыбнулся.

– Эх, ну ладно, – безысходно ответила Лиза. Она поднялась, поправила рукой сарафан. Прядь ее волос спала на лицо. Лиза отодвинула ее за ухо и, мило улыбнувшись, подошла к Себастьяну и дружески поцеловала его в щеку. Себастьян весь напрягся, как камень. Ему в голову ударил вожделенный аромат ее волос и желание прикоснуться к влажным ее губам, но она отодвинулась и резким шагом пошла домой, веляя бедрами. Себастьяну лишь оставалось смотреть в след и желать, а руками прикрывать штаны. Он вздохнул. Запиликал телефон. Он сунул руку в карман. На дисплее светилось сообщение от Лизы.

…

– Передерни хорошенько на меня, – в конце стоял мигающий смайлик.

…

– Вот сука, – сказал Себастьян и сунул телефон обратно в карман, – всё-таки заметила. Он хмыкнул и медленно, пригнувшись, пошел во двор. Себастьян закрыл за собой калитку, которая издала скрипучий звук и направился в дом. В окнах было видно, что в гостиной горит свет. Себастьян краем уха услышал работающий телевизор и разговор его сестры с отцом Ему хотелось избежать расспросов, где он был, кого видел, с кем общался, поэтому он решил, пока они не лягут спать, пойти принять душ и сходить в туалет и может чего-то перекусить на кухне, а потом уже идти спать. За это время они лягут, и он спокойно пройдет к себе в спальню, которая проходила через гостиную и находилась в самом конце их дома. Не то, чтобы было что-то страшное в разговоре с семьей или плохого, и не то, чтобы он не хотел. Просто он не любил пустые расспросы и такие же разговоры, не несущие ничего полезного, но они всегда имели место быть. И пока он сделал все надуманное, никто так и не ушел, поэтому он с осознанием того, что сейчас начнутся расспросы, поднялся наверх, к гостиной, где ещё ярко горел свет и звучал телевизор.

– Привет, сынок, – дружелюбно сказал отец, когда Себастьян вошел в гостиную. – Где был?