История о добром боге

Лора АНДРОНОВА

История о добром боге

Он плыл высоко в небе, выше самых легких облаков, и смотрел на землю, расстилавшуюся у него под ногами. Земля была удивительно разной и великолепной в своем разнообразии. Высокие сумрачные горы, таившие в себе лабиринты пещер, сменялись изумрудными лугами, величественные леса водили хоровод вокруг прозрачных озер, яркими бабочками вспыхивали пестрые цветочные поляны. Широкие равнинные реки катили свои воды к безмятежным морям, обрамленным желтыми каймами пляжей. Сосновые боры чередовались с березовыми рощами, и снова поднимались ввысь горы - сперва пологие, а потом все более и более крутые, неприступные, увенчанные ослепительно блистающими на солнце снежными шапками.

Это был его мир. Заботливо вылепленный, выпестованный, продуманный до мельчайших деталей, любовно заселенный тысячей видов разумных и неразумных существ. Его детище, его единственная страсть, его отрада.

Их было три брата. Старший творил, средний созерцал, младший забавлялся. Старший был добр и деятелен. Средний - равнодушен и задумчив. Младший - весел и жесток. Старшего звали Борцом, среднего - Наблюдателем, младшего - Игроком. Создав в одиночку целый мир, Борец почти не вмешивался в его жизнь, позволяя себе лишь изредка вносить новые штрихи. Средний брат созерцал дело рук старшего, находя в этом высшее наслаждение. Младший же, будучи неспособен ни на вдохновенное творение, ни на спокойное созерцание, придумывал для мира игры и сам принимал в них участие.

И все было прекрасно до тех пор, пока на традиционной осенней ярмарке в одном из прибрежных городов юный эльф не смахнул в канаву тележку с товаром почтенного гнома. Хулиган был немедленно схвачен и подвергнут легкому наказанию плетьми. Сие пустячное проишествие было бы забыто на следующий же день, если бы не оказалось, что выпоротый юноша принадлежит к правящему роду Долинных эльфов и фактически является наследником престола. Гномы же, в свою очередь, обнаружили, что среди дешевого хлама в утопленной тележке находилась Малая Волшебная Папаха Горных Князей. Ценный артефакт был безнадежно попорчен сточной водой и теперь представлял из себя дурно пахнущий бесформенный комок шерсти.

Оскорбленный королевич требовал извинений. Гномы требовали материальной компенсации, упирая на то, что столкновение произошло не случайно, а по злому умыслу Долинного Дома, давно точившего зубы на магический головной убор. Эльфы яростно отрицали возможность заговора, назвав в официальной ноте подобное предположение "тяжелым бредом выживших из ума карликов с мехом внутри черепа". В ответ на этот выпад, обидчивые гномы прекратили всякие дипломатические отношения с Долинным, а заодно и с Лесным и Прибрежным Домами.

Хрупкое, напряженное согласие сохранялось еще некоторое время, но в воздухе отчетливо запахло крупной сварой. Первыми не выдержали гномы. Ранним ноябрьским утром группа горных жителей обстреляла из самодельных камнеметов эльфийскую торговую галеру, приставшую к берегу для пополнения запасов пресной воды. Не имея средств для отражения атаки, галера поспешно бежала в открытое море, потеряв около дюжины членов команды убитыми и столько же ранеными. Весть о предательском нападении была встречена в Домах с подобающим негодованием и на следующий же день все гномы, не успевшие покинуть пределов Лучезарной Долины, были колесованы и четвертованы.

Долго лелеемый мир взорвался десятком крупных войн и сотней мелких междоусобиц. Под шумок глобального нашествия гномов на эльфийские земли, люди предприняли попытку отбить у хорнов золотоносные рудники. Кентавры, всегда отличавшиеся воинственным нравом, ополчились сразу против драконов и диких, полуразумных степных импусов. Доселе кроткие орки двинулись в поход на людей, попутно поджигая леса эльфов. Вскоре на земле не осталось ни одного народа, не вовлеченного в противостояние.

Не прошло и трех дюжин лет непрерывных конфликтов, как Борец пожалел том, что он вездесущ. Он слышал стоны, мольбы и проклятья. Грохоту битв аккомпонировал плач сирот и крики пытуемых пленников. Он чувствовал отчаяние каждого умирающего, боль каждого раненого. Бесконечной чередой тянулись к нему духи невинно убиенных, жаждавшие отмщения, наказания для своих мучителей еще более жестокого и кровавого, чем их собственная смерть. Долгие годы Борец терпел. Он являлся народным правителям во снах, требуя прекратить бойню. Он творил знамения. Он создал целую библиотеку пророчеств, гласящих о неминуемой всеобщей гибели в случае непрекращения войны. Но все было напрасно. Борец понял, что созданный им мир смертельно, неизлечимо болен. Тогда он решил спасти хотя бы его обитателей.

Он плыл высоко в небе, выше самых легких облаков и прощался со своим дивным творением.

Серым осенним вечером Борец возник на пороге дешевой придорожной корчмы "Веселое пузо". Он искал своих братьев.

- Эй, гляди-ка! - насмешливый голос Игрока перебил все прочие звуки, Старшенький пожаловал.