Исполнитель желаний

Казменко Сергей

ИСПОЛНИТЕЛЬ ЖЕЛАНИЙ

- А кстати, шеф, почему вы не отловите айгла для себя?

- Не вижу смысла, - буркнул я в ответ и подбросил в костер пару веток. Было время, когда мне нравилось вот так сидеть у костра и отдыхать после тяжелого дневного перехода. И неспешно беседовать с людьми, которых я вел. Кого только ни водил я за эти годы... И ученых, и авантюристов каких-то, и богачей, сбесившихся от обилия денег и не знающих, куда их потратить, и бедняков, почти нищих, с трудом добравшихся на последние гроши до этих мест в надежде поправить свои дела, и разных темных личностей, с которыми - теперь-то я понимаю это - было бы лучше вообще не связываться. Раз даже вел отставного министра - вот уж не пойму, ради чего он мог отправиться в этот поход, чего ему там не хватало в его министерской жизни? Разные были люди, разные судьбы, разные интересы. И мне было интересно с ними. До тех пор, пока не понял я, что же их всех объединяет.

Да, было время...

- Неужели у вас нет никаких желаний? - Эйгон не хотел униматься.

- Нет, - ответил я, и добавил, чтобы поскорее закончить разговор: - У меня нет таких желаний, которые мог бы исполнить айгл.

- Трудно в это поверить, - пробормотал несколько смущенно Эйгон, и разговор этот, наверное, прекратился бы, не вмешайся тут Раджкар:

- Вы, наверное, просто не знаете, как обращаться с айглом, шеф. Если обращаться с ним умело, он может выполнить любое желание. Уверяю вас, буквально любое. У меня в этом деле богатый опыт.

Жирный хорек, - подумал я. Но без особой злобы. Слишком я устал, чтобы злиться как следует. Да и привык я уже к ним ко всем. Привык, как они рассуждают про айглов. Привык к тому, что они собираются делать с этими существами. Собственно, чем я-то сам лучше - ведь я им всем помогаю. Нисколько я не чище их всех. А то, что сам не завел себе айгла... Этого им не объяснишь.

- Если бы я не был таким лопухом, не пришлось бы мне сейчас тащиться за новым айглом, - Раджкар лежал на спине, подложив под голову рюкзак, и смотрел куда-то вверх, в звездное небо. - Вообще, по-моему, глупость это что айгла надо обязательно отловить собственноручно, чтобы он исполнял твои желания. Наверняка глупость. Типично для нашего правительства: заявить, что вера в способности айглов, не более, чем суеверие. И на всякий случай ввести ограничения. Просто кто-то в там боится, что в противном случае все айглы окажутся в руках тех, кто может за них заплатить. Кому-то там наверху это не нравится.

Не только наверху. Мне, например, тоже это не нравится. Только я молчу. Потому что что вообще могу я сделать, чтобы это было не так? Все равно ведь, и это не секрет, рано или поздно айглы попадают-таки в руки тех, кто может за них заплатить, и никакая самая строгая регистрация не может предотвратить этого. Запреты никогда не ликвидировали преступный бизнес - просто всегда росли цены. А те, против кого, казалось бы, запреты эти направлялись, богатели еще больше. Таковы законы этого мира.

- А как вы собираетесь использовать своего айгла? - не отрывая глаз от огня, спросил Эйгон.

Раджкар как-то утробно не то засмеялся, не то заурчал:

- Это весьма деликатный вопрос, коллега. Весьма деликатный.

Он с самого начала похода называл Эйгона "коллегой". Видимо, имея в виду, что цель похода у них одинаковая. А может, это просто было привычное для него обращение. Хотя меня он так, конечно, не называл.

- И все-таки.

Раджкар повернулся на бок и, опершись на локоть, посмотрел на Эйгона через костер. Потом спросил:

- Как по-вашему, сколько мне лет?

- Лет сорок - сорок пять, - ответил Эйгон после некоторого раздумья.

- Ошибаетесь, коллега. Когда мне было сорок лет, я ни о каком айгле и не помышлял. Вас это, несомненно, удивит, но мне недавно стукнуло восемьдесят три. Восемьдесят три, и ни месяцем меньше.

Эйгон даже присвистнул. Я, правда, не удивился. Я не думал прежде о его возрасте, но был готов к чему-то подобному. Восемьдесят три, а выглядит он совсем молодо. И еще удивляется, что его айгл отдал концы. Это что же надо было с айглом сотворить, чтобы так вот омолодиться? Но я ничего, конечно, говорить не стал, а Раджкар снова лег на спину и, глядя на улетающие в темное ночное небо искры, продолжил: