Искусная ложь

Глава 1

Я никогда не думала, что действительно сделаю это. Я никогда не осмеливалась оставить маму в нашей маленькой деревушке Хелстон, но после многих лет борьбы с чувством вины и горем я наконец добралась сюда, в Лондон, где я всегда хотел быть. Может быть, на несколько лет позже и определенно при дерьмовых обстоятельствах , но я справилась.

Мама будет в порядке. Это то, что я неоднократно говорила себе с тех пор, как села в поезд. Ее яркая улыбка казалась натянутой, ее волна казалась неуверенной, и ее голос дрожал от эмоций, когда она крепко обняла меня и велела показать Лондону, из чего я сделана. Но я не уверена, из чего я сделана. Мне еще предстоит выяснить.

Мама будет в порядке. Мама будет в порядке. Мама будет в порядке.

Я, наверное, была бы увереннее, если бы с ней был папа.

Мой отец был очень традиционным человеком. У него был небольшой магазин антиквариата , большая часть которого стоила копейки. Он имел обыкновение говорить, что денежная стоимость не имеет большого значения - что более роскошные предметы искусства и антиквариат приносят больше хлопот, чем они того стоят. Я не был согласен с ним, хотя с годами научился не вступать в споры по этому поводу. Многие называли моего отца чудаком. Они были правы. Он определенно был персонажем, проводившим все свое время потерянным в горах хлама, которые он называл своим сокровищем, его очки упирались в кончик носа, пока он осматривал, полировал или реставрировал то, что недавно приобрел. Мама называла его магазин Steptoe's Yard. Я называл это офисом.

Я определенно унаследовала от отца увлечение всем старым, хотя меня всегда тянуло к более богатой и исторической части спектра искусства и антиквариата. Более редкие и желанные штуки. Настоящие сокровища этого мира, а не ветхое барахло, которое, казалось, нашел мой отец. Я успешно справился мои уровни А, плыл через историю степени в университете, и все было готово , чтобы преследовать свою мечту. . . а потом скончался отец. Через неделю диагностировали опухоль головного мозга, на следующей его не стало. Ничего не поделаешь. Также не было времени смириться с этим, пока он не оказался прикован к постели, где его состояние быстро превратилось в ничто. Он был кожа да кости. Половина человека, которого мы знали. Мама была в отчаянии. Я был в шоке. Папы не стало.

Так и было. Мое будущее было предрешено. Я пожертвовала своей мечтой отправиться в большой, широкий мир, чтобы сохранить память об отце и его драгоценный магазин открытым. Я думаю, это можно назвать естественным развитием. Мне это казалось не очень естественным. В то время как сокровище отца питало в моем сердце определенную нежность, это был не тот уровень истории, который я мечтал исследовать. Но мама нуждалась во мне.

Теперь его нет пять лет. Большую часть своих двадцатилетних я провел в пыли и боролся за то, чтобы бизнес моего отца держался на плаву, мечтая об истории, выходящей за рамки семейного наследия . Мне нравится Сотбис и прекрасный антиквариат. Нравится аукционным домам и историческим мастерам искусства. Как тонны книг о сокровищах, в которые я погрузился. Все это внезапно стало недосягаемым. Вина, горе и тяжелое чувство ответственности удерживали меня в Хелстоне. Я задыхалась. Невыполнимо. Отцовский бизнес с каждым днем ​​становился все труднее, и мое чувство цели рушилось. А потом наступил переломный момент. Момент, когда я понял, что стою больше, чем ожидал - как в профессиональном, так и в личном плане. Это был момент, когда я увидела своего парня и лучшую подругу срывающие друг с друга одежду.

Я не кричала. Я не упала на колени в отчаянии. Моему сердцу просто не хватало сил биться быстрее. Я повернулась и пошла прочь, мои мысли были сосредоточены на моем следующем шаге, когда Дэвид погнался за мной, а Эми тихонько двинулась вниз. Мой следующий ход не касался ни одного из них. В тот момент я осознала, что должна преследовать свои мечты ради себя , и с благословения и поддержки мамы я была готов сделать именно это.

Итак, я нахожусь в Лондоне, самом оживленном и величественном городе в пределах моей досягаемости. Я не могу позволить себе вернуться в университет, чтобы получить степень , но я готова начать с самого низа и продвигаться вверх. Мне нужно заработать немного денег и продолжить с того места, на котором я остановилась много лет назад.

Я могу это сделать.

Я там, где должна быть.

Я смотрю на фотографию в руке, которую всегда ношу с собой. Это я и папе. Его рука свободно обнимает меня за плечи, мои длинные рыжие волосы спутаны в его пальцах, и мое лицо скривилось от смеха, вызванного его яростной хваткой. Ему никогда не нравилось отпускать меня. «Я в большом, страшном Лондоне, папа», - говорю я фотографии. 'Пожелай мне удачи.' Я убираю ее в сумочку и глубоко вздыхаю .