Искатель следов

В Мексике население делится всего только на два класса: на высший и на низший, и вовсе не существует среднего сословия, которое связывало бы эти крайности. Зная это, не трудно уже объяснить себе причины двухсот тридцати девяти революций, которые со времени объявления независимости вспыхивали в этой стране. Власть сосредотачивается в Мексике в руках небольшого количества людей, и это-то мятежное и честолюбивое меньшинство и производит все революции, благодаря чему вся страна стонет под гнетом военного деспотизма, вместо того, чтобы быть свободной республикой.

Несмотря на это, население штатов Соноры, Чиуауа и Техаса сохранило еще и до сих пор ту строгую, дикую и энергичную физиономию, которую напрасно стали бы искать в других штатах Союза1. Под более холодным небом, чем небо Мексики, зима, часто покрывающая реки толстым слоем льда, укрепляет нервы жителей, охлаждает их кровь и делает из них людей, отличающихся своей храбростью, умом и глубокой любовью к свободе.

Апачи, первоначально заселявшие большую часть Новой Мексики, мало-помалу отступили перед топором пионеров, первых представителей цивилизации, и удалились в огромные пустыни, покрывающие треугольник, образуемый реками Хила-дель-Норте и Колорадо, и оттуда безнаказанно делают набеги на мексиканские границы, грабя, сжигая и уничтожая все, что попадается им на пути.

Обитатели только что названных нами стран ведут постоянную борьбу с дикарями; они преображают свои асиенды в крепости, а путешествуют не иначе как хорошо вооруженными.

Эль-Пасо-дель-Норте считается крайним пунктом населенной белыми части Мексики. Дальше, к северу и северо-западу, простираются обширные необработанные равнины Чиуауа и бесплодные пустыни по реке Хила.

Эти громадные пустыни, или так называемая Апачерия, и теперь еще остаются все такими же малоисследованными, как и в конце восемнадцатого столетия.

Эль-Пасо-дель-Норте обязано своим именем своему положению около брода, или пасо, реки дель-Норте2. Это одно из самых древних поселений Новой Мексики; основание его восходит к 1585 г., т. е. к концу XVI столетия.

В настоящее время оно занимает пространство около десяти миль вдоль берегов Рио-дель-Норте и насчитывает около 4. 000 жителей.

Plaza, или собственно городок Эль-Пасо, расположен у входа в долину; на противоположном конце ее находится форт Сан-Элесарио. Весь промежуток заполнен непрерывной линией белых домов с плоскими крышами, окруженных садами и виноградниками.

На расстоянии одной мили от этого брода, вверх по течению, река запружена, и вода проведена через отводной канал, прозванный Acequia madre3, в долину, которую она орошает.

Всего в каких-нибудь нескольких милях от этого поселения начинается уже собственно Апачерия, или территория апачей.

Здесь путешественник с первых же шагов замечает, что цивилизованный человек очень редко осмеливался проникать в эту первобытную страну, где природа, которой дана полная свобода развиваться под всемогущим оком Создателя, предстает во всем блеске своей девственной красоты.

В одно прекрасное утро в мае месяце, который индейцы называют waligon-guisis4, высокого роста человек с грубыми и резкими чертами лица на сильной полудикой лошади крупной рысью выехал из форта и после нескольких минут колебания, без сомнения, употребленных на то, чтобы сориентироваться, пришпорил лошадь и, оставив позади себя бесчисленные хлопчатники, покрывавшие в этом месте берега, переехал реку вброд и направился к густым лесам, зеленевшим на горизонте.

На всаднике был надет обычный костюм пограничных жителей; в общем, костюм этот довольно живописный и заслуживает того, чтобы его описать.

На незнакомце был надет кафтан из зеленого сукна, обшитый серебряным галуном, позволявший видеть батистовую расшитую рубашку с отложным воротником, из-под которого выбивался шелковый галстук, перехваченный бриллиантовым кольцом в виде узла. Затем, на нем были надеты обшитые серебряным галуном и украшенные двумя рядами пуговиц из того же металла зеленые суконные панталоны, стянутые шелковым поясом с золотой бахромой. С боков панталоны эти были разрезаны, и из-под них свободно развевались кальсоны из тонкого полотна; на ногах у него были надеты так называемые сапоги vaqueras из дубленой тисненой кожи, вышитой разноцветным шелком. К этим сапогам были прикреплены громадные мексиканские шпоры. Расшитая золотом накидка, спущенная слегка с одного плеча, прикрывала туловище, а на голове его была надета, в защиту от палящих солнечных лучей, коричневая войлочная шляпа, обшитая галуном и стянутая широкой серебряной лентой.