Искатель. 1971. Выпуск №5

Конечно, заводилой, как всегда, оказался Волошин. В конце обеда он вдруг откашлялся так многозначительно, что все в кают-компании притихли и посмотрели на него.

— Хочу напомнить отважным мореплавателям, что наш «Богатырь» приближается к весьма примечательному географическому объекту, — меланхолично произнес в наступившей тишине Волошин. — По моим подсчетам, сегодня вечером мы должны пройти всего в нескольких милях от острова Абсит. Я не ошибаюсь, Аркадий Платонович? — обратился он к капитану.

— Да, пройдем милях в шести. А что? — насторожился капитан.

— Как «что»?! — воскликнул Волошин. — Само название острова чего стоит: Абсит. Не знаю, как это поточнее перевести с латыни.

— «Не дай бог!» — подсказал Казимир Павлович Бек.

— Пожалуй. Или: «Пусть не сбудется!», что ли?

— Можно и так, — согласился Казимир Павлович.

Он заведует лабораторией биохимии, но, редкостный знаток латыни, давно занимается, как я однажды с удивлением узнал, расшифровкой рукописей Леонардо да Винчи: многие места в них гениальный итальянец нарочно засекретил, опасаясь, как бы его открытия не были использованы потом во вред людям. Казимир Павлович надеялся, что расшифровка этих заметок поможет подобрать такой вид газовой смеси, чтобы, пользуясь ею, можно было бы с простым аквалангом нырять хоть на километр в глубину.[1]

Впрочем, различные увлечения, на первый взгляд, казалось бы, весьма далекие от их основных занятий, были почти у каждого из наших ученых, и я давно перестал этому удивляться. Все на «Богатыре» были интересными людьми и большими оригиналами.

Но, конечно, Сергей Сергеевич Волошин оставался в этом отношении вне конкуренции.

— Веселенькое название, — сказал наш Дед — старший механик. — Вроде как остров Барсакельмес у нас на Арале. В переводе значит: «Пойдешь — не вернешься»… За что же его так окрестили?

— Остров Абсит? — переспросил Волошин. — Ну это же поистине уникальный пиратский сейф! На нем запрятано, по крайней мере, четыре, а может, и семь кладов. Знатоки оценивают их не меньше чем в сто миллионов долларов. Настоящий Остров сокровищ!

Заявив это, Волошин как ни в чем не бывало принялся за компот. Но, разумеется, со всех сторон зашумели:

— Что за клады?

— Расскажите подробнее, Сергей Сергеевич!

Волошин задумчиво повертел в руках стакан с компотом, поставил его на стол, вытер губы пестрым платочком и начал неторопливо, с интонациями опытного рассказчика:

— Кажется, открыл этот остров знаменитый королевский пират Френсис Дрейк. Потом и другие пираты оценили затерянность его в океане, в стороне от морских путей, и нередко заглядывали сюда, чтобы подлатать в укромных бухточках свои потрепанные корабли и припрятать награбленные сокровища. Молва утверждает, будто именно тут были тайники Генри Моргана, которого величали королем пиратов. Более достоверны сведения о кладах, которые позже, в восемнадцатом веке, здесь запрятали пираты Эдвард Робертс, прозванный Ситцевым якобы потому, что отличался редкостной скупостью, и Бич Божий — Александр Скотт со своей подругой Мэри Бластер…

— Пираткой? — не удержавшись, ахнула подавальщица Настенька и, покраснев, поспешила скрыться на камбуз.

— Но самым богатым считается тайник, наполненный баснословными сокровищами уже сравнительно недавно, когда времена пиратов миновали, — продолжал Сергей Сергеевич, проводив ее смеющимся взглядом. — В двадцатых годах прошлого столетия вся Южная Америка, как вы знаете, была охвачена освободительным движением против испанской короны. Одна за другой обретали независимость Мексика, Бразилия, Аргентина. Одним из последних бастионов колонизаторов оставалось так называемое Горное Перу со своей столицей Кито — теперь это Эквадор. В свое время немалая часть богатейших сокровищ, награбленных конкистадорами у древних инков, пошла на украшение пятидесяти семи церквей Кито. Неужели теперь эти ценности попадут в руки «безбожных повстанцев»?! С севера к городу уже приближались войска непобедимого Боливара, с юга — генерала Сан-Мартина. В большой спешке летом 1822 года самые драгоценные украшения церквей и другие сокровища решили вывезти горными ущельями в ближайший порт Гуаякиль. Караваны мулов доставили сюда золотые слитки, мешки с полновесными золотыми дублонами и фамильные драгоценности; распятья, усыпанные крупными бриллиантами, жемчужные ожерелья, платиновые и золотые браслеты с огромными рубинами и изумрудами; сабли и мечи, в эфесы которых были вделаны драгоценные камни. Из городского собора вывезли статую девы Марии, отлитую из червонного золота. Все это привезли в порт, чтобы поскорее переправить в Испанию. Но увы! В Гуаякиле, как на грех, не оказалось ни одного испанского фрегата. Все они были заняты военными действиями против повстанцев. Что было делать?..