Искатель. 1966. Выпуск №1

«Искателю» исполнилось пять лет. За эти годы в тридцати выпусках опубликовано 250 произведений приключенческой и фантастической литературы. Читатели познакомились с творчеством советских литераторов разных поколений.

Значительно пополнился авторский актив. К списку имен известных наших фантастов и приключенцев прибавились новые имена молодых писателей, которые впервые опубликовали свои произведения в «Искателе» и в журнале «Вокруг света», а теперь хорошо знакомы читателям своими книгами.

Представлено в «Искателе» и творчество ряда зарубежных писателей.

В 1966 году «Искатель» начнет публиковать литературные произведения, посвященные приближающемуся 50-летию Великого Октября. По-прежнему большое место будет занимать военно-патриотическая тематика. В каждом выпуске, как и в истекшем году, молодой читатель встретится со своим современником.

Продолжая традиции работы с начинающими авторами, редакция вводит с первого выпуска этого года новую рубрику — «Первый рассказ».

3 февраля 1966 года в 21 час 45 минут 30 секунд по московскому времени советская автоматическая станция «Луна-9» произвела мягкую посадку на лунную поверхность — впервые в истории. Космический аппарат, созданный руками человека, стал передавать на Землю научную информацию непосредственно с поверхности Луны. По радиокомандам с наземного центра космической связи станция «Луна-9» проводила обзор лунного ландшафта и передачу его изображений на Землю.

Советским ученым и конструкторам пришлось идти непроторенным путем, решать совершенно новые для космической техники задачи.

Это небывалое еще достижение человеческого разума и труда закономерно связано с успехами нашей социалистической Родины, ростом ее экономической мощи, с расцветом ее науки, могучим подъемом творческих сил советского народа. Особенно примечательно, что этот научный подвиг совершен в канун исторического события — XXIII съезда КПСС.

Мягкая посадка автоматической станции на Луну открывает после запуска первого спутника, первого полета человека в космос, первого выхода космонавта из корабля новый этап в освоении космического пространства и приближает то время, когда нога человека ступит на Луну.

Два фантастических рассказа, публикуемых в этом выпуске, являются попытками представить некоторые картины освоения Луны человеком в ближайшем будущем.

Об авторе публикуемых глав из документальной повести «Четырнадцатилетний истребитель» А. Я. Очкине «Искатель» уже рассказывал в очерке В. Степанова «Имена неизвестных, героев» (№ 1 за 1964 год). Алексей Очкин во время битвы на Волге в самые тяжелые дни обороны с горсткой бойцов десять дней отбивал атаки фашистских танков у Тракторного завода. Вместе с ним сражался четырнадцатилетний Ваня Федоров, совершивший героический подвиг и отдавший свою жизнь для спасения бойцов. О последних днях жизни юного героя, имя которого носят сейчас многие пионерские отряды нашей страны, рассказывает в своей повести А. Очкин.

В жаркий июль 1942 года по пепельной от полыни донской степи двигался воинский эшелон с истребителями танков, разведчиками и саперами еще малоизвестной в то время сологубовской дивизии. Паровоз с трудом тащил красные солдатские теплушки, платформы с пушками и машинами и удивительный среди этого разнокалиберного состава зеленый спальный вагон — в нем ехал комдив Сологуб со своим штабом. Впереди показался разъезд. Паровоз дал протяжный гудок, но семафор по ту сторону разъезда оставался закрытым, и поезд стал замедлять ход. Перекатисто звякнули буфера…

Не дожидаясь остановки, лейтенант Дымов выпрыгнул из теплушки и пробежал несколько шагов по хрустящему шлаку. Лейтенант огляделся. Разъезд был глухой — два пути, будка, а вокруг — ровная, пепельно-однообразная степь.

Дымов смахнул крошки шлака с начищенных до блеска сапог, поправил портупею, сделал строгое лицо и зашагал вдоль эшелона. Но как ни старался он выглядеть бывалым военным, все обнаруживало в нем только что испеченного командира: и самодельная портупея через плечо, и медные «кубари» на петлицах, и главное — не скроешь семнадцати лет, когда на месте усов лишь белесый пушок, а над краем сдвинутой пилотки упорно топорщится русая прядь.