Инвестиго, из медика в маги. Том 6. Финал (СИ)

Микульп увидел в небе огромное количество летящих на город огненных шаров. Ужас так сковал его тело, что он до последнего не верил, что они упадут на жилые дома и уж тем более не был готов, что до него донесётся взрывная волна ближайшего упавшего снаряда и оттолкнёт прямо на стену.

Его опрокинуло через зубец, но он чудом успел ухватиться одной рукой за выпирающий камень и со страхом смотрел вниз. Мик вдруг понял, что совсем не хочет умирать. Вот ни в одном глазу не было такого желания.

Он ухватился второй рукой за уступ и подтянулся. Через минуту Мик уже стоял на ногах и смотрел на устремившиеся в небо столбы дыма в разных частях города. Он всё ещё не мог поверить в произошедшее. Такого мощного заклинания он ни разу в жизни не видел.

Сквозь пыльное облако Мик заметил дым в знакомой стороне, то снова сорвался на бег. К сожалению, он потратил всю ману и поэтому добирался долго. По пути ему встречались валяющиеся тела людей. Кто-то сидел на мостовой и тряс головой, пытаясь прийти в себя. Мимо пробежала молодая женщина с грязным от пыли лицом, к груди она прижимала маленького ребёнка.

Где-то доносился плач, а где-то орал мужской пьяный голос.

«Почему так тихо!? Чо все заткнулись, бл*?!»

В левом боку закололо, но он через боль продолжал бежать и остановился лишь возле разрушенного ресторана.

Мик упал на колени и жадно хватал ртом воздух. Вдохнув дыма, он закашлялся, и глаза заслезились. Вокруг было очень жарко. Он с ужасом смотрел, как пламя скоро перекинется на разрушившуюся от взрывной волны постройку. В груди сильно саднило, но он нашёл в себе силы приблизиться к обломкам и начать их разбирать.

С остервенением разбрасывая в стороны куски камня, досок и железа он жалел, что потратил всю свою ману в попытке расстаться с жизнью.

«Глупец! Глупец!» — клеймил он себя.

Уже не важно было, что Лора узнала его тайну и могла рассказать остальным. Всё, что Мик хотел — это чтобы брат был счастлив. С чего он вообще взял, что если бы ребята узнали о его положении, то отвернулись бы от него? Это всё привычка никому не доверять. Грёбаная привычка.

В сердцах Мик потянул очередную доску и распорол себе руку гвоздём.

— Срань!

Оторвав кусок рубашки, он быстро замотал её — шарики могут пригодиться для ребят.

«Если они выживут», — неприятно дополнило подсознание.

Они выживут. Они обязательно выживут. Но добравшись до места, где, предполагаемо была кухня, он увидел знакомые волосы. Бросился туда и всё, что смог сделать — это освободить небольшой участок вокруг головы Лоры. Он потрогал её пульс на шее и понял, что та мертва.

Холодок пробежался по спине, и он попятился от её тела назад, но потом взял себя в руки и стал разгребать область неподалёку, пока не добрался до придавленного каменной глыбой Муримия.

Мик сунул в рот похолодевшему брату несколько разных шариков насуко и попытался поднять эту махину. Перед этим он положил ему под голову куртку. Булыжник не двигался с места. Брат открыл глаза и увидел его.

— Мур, держись попробуй мне только сдохнуть, — весь красный Мик пыхтел, пока в правой руке не произошёл разрыв — кажется, он оторвал бицепс. Конечность повисла и начала стремительно синеть.

Не обращая на это внимания, он отчаянно тянул левой.

— Мик, прекрати, — слабо раздался голос снизу. — Дурачок.

Он отвлёкся и увидел улыбающееся лицо брата. Видя, что тот сдался, Мик снова кинулся к камню и вскоре порвал второй бицепс, осел на колени и закричал от злости и обиды.

Руки повисли, и он больше ничего не мог ими сделать. Это конец. Он с испугом посмотрел вниз.

— Всё хорошо, ты молодец.

— Не говори так. Я дрянь, я слабак.

— Ты сильный, Мик, просто ещё сам этого не понял.

— Ешь, — он хотел было достать с пояса очередной шарик насуко, но не мог поднять ни одну из рук. — Мур, я… — он посмотрел на него, а потом на свои руки. — Я не могу достать, забери, — Мик придвинулся к телу брата, у того была одна свободная рука и он мог достать лекарство с ячейки на поясе.

— Зачем? — спросил его Мур и потом закашлялся. Кажется, ему отдавило внутренности. Он был весь бледный, испарина покрывала лоб, скоро закончится действие красного шарика и кровотечение возобновится. — Что с Лорой?

Мик помотал головой.

— Ну, тогда и я всё, Мик.

Хотелось так много сказать ему, но все слова вдруг казались такими глупыми и натянутыми, полными фальши и бессмысленной возвышенности, пошлой до безобразия. Это только в театральных сценах люди, видя смерть близких, распинаются на сложные тирады, а он не мог выдавить из себя даже слова.

Мур хотел ещё что-то произнести, но потерял сознание и через пару минут умер.

Марк открыл глаза. Его новые зоркие глаза. Тело начало подниматься, и трухлявая старая кожа отваливалась вместе с прилипшей к ней кусками сожжённой одежды. Он встал и почувствовал, насколько он стал бледным в свете луны. Пигментация завершится чуть позже, а пока он стоял весь голый, проветриваемый со всех сторон и смотрел на свои руки. Новые руки.