Инвестиго, из медика в маги (СИ)

Перетаскивая обтекающие вонючей жижей трупы, мы еле сдерживали слёзы. Сопли пузырились в кратерах ноздрей, а во рту ощущалось противное жжение. Нет, мы не киллеры, не наёмные убийцы и уж точно не садисты — просто сегодня дежурство в анатомичке выпало на нас, студентов пятого курса. Если точнее — почти шестого. Мой друг Ким семенил короткими ногами, держась руками в перчатках, за голени какого-то безымянного бомжа, я же поддерживал трупак за плечи.

Нашей задачей было приготовить «Петровича» к осмотру студентами младших курсов. Мы вынули его из привычного места обитания — формалиновой ванны, где он тусовался с друзьями и их частями. Положив тело на каталку, мы обмывали его из шлангов. Формалин не щадит слизистые оболочки. Поэтому слезятся глаза и из носа льётся фонтан соплей. По сути это яд, но очень медленного действия. Чтобы снизить данный эффект приходилось вымывать труп, иначе занятие превратится в катастрофу.

— Почему сегодня запрягли именно нас?

— Может, потому что во многих группах нет парней?

Ким насуплено молчал и, чтобы он не затухал, я направил струю воды в рот нашему мёртвому другу:

— Смотри, сегодня Петрович улыбается. Его опять будут лапать.

— То чувство, когда у мёртвого больше женского внимания, чем у тебя.

— Друг мой, никогда не поздно! Бери коктейль с трубочкой и полезай в ванну.

— Спасибо, в этой жизни я хочу ещё немного пострадать.

Закончив с водными процедурами, мы накрыли тело клеёнкой сверху и повезли в четвёртую аудиторию, где препод уже насиловал ребят теоретической частью.

— Спасибо, поставьте сюда сбоку и свободны.

Сняв маски, мы отправились назад в комнату для занятий.

— Ертаев, Исиченко, спасибо, что помогли, присаживайтесь.

Наши занятия по анатомии давно подошли к концу, и сейчас своё свободное время мы коротали в данном кружке. Мы заканчивали пятый курс и прошли через многое. Большая часть фундаментальных дисциплин позади и впереди был выбор специализации, а на подумать оставался годик.

Меня зовут Марк, и я пока ещё не определился, каким врачом хочу стать, но такие дисциплины как анатомия и ОХТА[1] мне были по душе. Настолько, что ради них я жертвовал своим свободным временем. «Просирал» своё студенчество, по мнению многих сокурсников. Хотя большая часть тех, кто так говорил, уже не училась. Их отчислили. А мысль о том, что я хоть где-то расставил приоритеты правильно, иногда грела меня тоскливыми вечерами. Однако таких вечеров было мало — я всегда мог найти себе занятие и наслаждаться своим одиночеством.

Увлечение книгами затягивало ещё детства, а когда я открыл для себя научный мир, то навсегда провалился в уютную яму материализма и копал её всё глубже и глубже. Меня интересовало всё — от естествознания до философии. Те сферы, в которых я плохо разбирался, пытался хотя бы охватить поверхностно, чтобы просто иметь о них понятие. В то же время я осознавал, что всего знать невозможно и нужно выбрать главное направление, а остальные будут как ответвления — где-то короче, где-то длиннее. Выбор пал на медицину.

— Ладно, Марк, до скорого.

— Давай, бро.

Ким для меня был идеальным попутчиком в жизни. Он не навязывался, на многие вопросы имел своё мнение, был такой же прожжённый циник, маниакальный ботан и разделял мой мир тупых шутеечек. Иногда его можно было назвать полноценным другом, но это никому из нас не нужно. В случае чего я помогал ему, а он мне. Это было выгодное сотрудничество, симбиоз. Давно прошла та слащавая школьная пора, когда любой, кто поделился с тобой хавкой или сыграл в мяч/приставку моментально становился «другом». Нам по двадцать три года и крепкая гейская борьба уже не кажется чем-то плохим. Впрочем, меня занесло куда-то не туда.

«Добрый вечер, с вами автомобильный патруль и я его ведущий…»

— Передайте, пожалуйста, за проезд.

За окном маршрутки затухающий день поздней весны. Магазинчики выталкивали друг друга витринами, калейдоскоп людей, полотно кривого асфальта.

И когда я успел стать таким чёрствым? Где тот первый год студенчества с вечными попойками и амурными делами? Именно тогда, после разрыва одной значимой для меня связи, я пошёл на вписку и после хорошего перепихона на меня как будто снизошло озарение. Что я тут делаю? Зачем мне эти люди? Этот биологический мусор? Надевая штаны, в голове пронеслось: «Как много времени я уже потерял?». Это ощущение страха, возможность потерять своё будущее, вытолкнуло жирного гедониста из моей головы. Сколько он там сидел? Точнее лежал на софе в халате на голое тело и жрал грозди винограда прямо с пуза.

И всё же я не считал это большой ошибкой. Такие вещи раскрывают глаза. Будто камера, доселе снимавшая хоум видео от первого лица, вдруг облетела вокруг тебя, выдав голливудскую картинку в 3D.

«…выразил свои опасения по поводу запуска «Януса» — мощнейшего ускорителя…превосходящего БАК в три раза…»