Инвестиго, из медика в маги. Том 3

Марк спровадил, как мог, Найшу и сел за стол. Массируя виски, он смотрел на внутреннюю часть омна. Он, конечно, не спец по языкам, но такие иероглифы ему встречались только в прошлой жизни. Здесь преобладала латиница во всех трёх языках. Фанза, горима и маншу просто не включали в себя такое понятие, как иероглиф.

Вырезано рукой — это не каприз природы. Видимо, омн сделан недавно — клей ещё недостаточно успел схватиться. С другой деревяшки на него смотрело солнце, больше похожее на осьминога. Располосованные линиями глаза пялятся на тебя будто насквозь. С правого капает слеза, но это не вызывает жалость или что-то подобное. Сам рисунок олицетворял собой неживое, безэмоциональное нечто. Словно не от мира сего.

Просидев минуты две, он резко встал и пошёл на площадь, где в прошлый раз встретил молодого монаха. Ему нужны были ещё образцы, и возникло жгучее желание расспросить святого отца о природе этого знака и откуда они знают японский язык.

Тут сомнений быть не может — это второй попаданец. Вопрос в том, кто он? Когда он прибыл? Живой он сейчас или давно почил? Можно предположить, что он жил во времена зарождения культа Альтэндо и таким образом оставил о себе знак. Что-то вроде пасхалки. В таком случае, он в разы старше Марка. Всё зависело от того, когда стали раздавать омны.

На площади никого не было. Поспрашивав прохожих, Марк узнал, что делегация ушла больше месяца назад. Выпытав у незнакомца, что один из его друзей получил омн, Марк выкупил реликвию за пару фалеров. А довольный дед, что ему продал эту деревяшку, под руку смылся со своим знакомым втихаря от бабки. Навряд ли в библиотеку.

Придя домой, Марк принялся разбирать и этот омн. Партия попалась так себе или состав клея халтурный. Марк смог быстро разобрать религиозную поделку. Как и ожидалось, там был тот же иероглиф. В том, что он японский, сомнений не было. На самом деле очень легко их отличать. Китайские напоминали большие нагромождения палочек и с виду похожи на квадраты или прямоугольники, в корейских преобладали кружочки и всякие перевёрнутые буквы «Ю», а вот японский — это мешанина всего. Он даже слышал, что у них две азбуки.

Отрезав кусочек древесины, он рассмотрел его в микроскоп, и мозг взорвался второй раз. Это оккапури. А ведь логично — через него проходит мана. Марк пытался вспомнить, что там говорил Сота про этот ритуал. Типа слив через омн — это пожертвование богу. По легенде, Альтэндо ушёл из этого мира, распылившись на ману. Он не был её первоначальным источником. До нас дошли легенды и подревнее, и там магия уже существовала.

Теперь возникло ещё больше вопросов. Зачем монахи раздают такие дорогие поделки? Ведь из оккапури делают посохи, чтобы прогонять ману через несколько кристаллов.

Точно! У него же есть манаметр. Марк порылся на соседнем столе и вытащил прибор, внешне напоминавший жирный градусник. Напыление из редкой породы, добываемой в шахтах Ондельтона, позволяло видеть сквозь предметы небольшой толщины. И сейчас на него смотрел столбик, заполненный до краёв маной.

В спокойном состоянии она постепенно заполняла пустоты, но стоит его встряхнуть, как шкала очистится. Слегка обмазав пробку левезой, Марк стал ждать. Сначала она грозила вырваться из пальцев из-за небольшого эффекта невесомости, но потом мана стала проталкивать внутрь этот кусочек по шкале, остановившись на пятёрке.

Соединив обратно омн, Марк направил через него поток маны и подставил манаметр возле выходного отверстия. Синий поток прошёл сквозь солнце и вышел с обратной стороны. Однако прибор не показал никаких изменений. Будто и не было повышения концентрации маны. Странно, может он что-то сломал? Надо было два омна купить. Чёрт.

Марк и так и так его вертел, но столбик не сдвинулся с цифры пять. А вот использовав вторую часть с иероглифом, он заметил, что края впитывали в себя источник магии. Лакуны заполнились, так как рисунок был закрытый. Ещё раньше Марк проводил эксперименты — если в центре деревяшки из оккапури есть символ, то он заполняется потихоньку маной и фиксирует её. А вот стоит вырезать снаружи канал к фигуре, как мана тут же рассеется — это рисунок открытый.

Не зная зачем, но Марк опять соединил омн и проделал процедуру залива. И настал черёд удивляться в третий раз. Всё, что было внутри иероглифа, та посиневшая в желобах мана, теперь отсутствовала! Это, мать его, как?

Повторив эксперимент раз пять, он убедился, что это не погрешность. Мана исчезала. Прибор это чётко показывал. Причём как хитро выходило, поток проходил сквозь омн и не изменял цвета! Как обычно понимают отсутствие маны — когда она у тебя кончается, дымка теряет свой цвет до полной прозрачности. Здесь же она густая, но маны в ней нет.