Инверсия

Господи, как он ей надоел! Ладно бы просто болтался со своим назойливым вниманием где-нибудь па грани восприятия. Так ведь нет! Постоянно торчит поблизости. Мешает. Заставляет отвлекаться от общения с детьми. С маленькими прелестными созданиями, жаждущими теплоты, заботы, чуткости. И что очень располагает — знаний. Они впитывают их, как раскалённый песок воду. Мгновенно. И требуют ещё. И она с превеликим удовольствием отдаёт им всё, что умеет и помнит. А кое-чему и сама готова у них поучиться. Например, совершенно непредвзятому отношению к окружающему миру…

А тут этот! С холодным выцеливающим взглядом профессионального убийцы. Впрочем, он такой и есть. Маша обнаружила его неделю назад, когда он снял квартиру в доме напротив. На пятом этаже. Чтобы, значит, бить наверняка. То, что вокруг неё постоянно дети, ему до фонаря. У него, видите ли, задание! Не внял Варенцов предостережению ребят — чувство уязвлённой профессиональной гордости оказалось сильнее, — подослал одного из своих ниндзя. Чтобы, как водится, удалить самое слабое звено. И уж если не урон нанести, то хотя бы боль причинить. А кто по их представлениям самый слабый? Конечно, женщина. Молодая, хрупкая и неискушённая в хитростях тайных операций. Мужики-то им не по зубам оказались. Крутым профи захвата и уничтожения. Ну, откуда им, болезным, знать, что она — Замыкающая Круг и по части самозащиты может любому из окружающих её крепких орешков дать сто очков вперёд. Естественно, ребятам она ничего не сказала. А то станется с них! Устроят тут грандиозное шоу вроде рождественских показательных выступлений с маскарадом и уничтожением техники. Решила поиграть в эти игры сама.

Сначала Маша устроила своему соглядатаю лёгкое недомогание. Случилось это на второй день его пребывания на боевом посту. Она как раз вышла с детьми в школьный парк, чтобы слегка порезвиться, устроить небольшую разминку после довольно выматывающего сеанса инициации первичных способностей. Тут-то он её и поймал в прицел. Будто холодным ветром подуло. Маша увидела прищуренный левый глаз, стальной проблеск правого за перекрестьем оптического прицела, закаменевшее лицо и палец, мягко ложащийся на спусковой крючок. «Ну, я тебя, поганец!..» — мелькнула шальная мысль. В следующую долю секунды ослепительный солнечным зайчик взорвал сумрак сверхнадёжной оптики, и снайпер глухо вскрикнул, рефлекторно выпустив винтовку и прижав ладони к судорожно зажмуренным векам. Оружие рухнуло на пол, а сам стрелок грянулся на колени, мотая головой и хрипло испуская страшные проклятия. Почти шёпотом. Выучка как-никак, привычка действовать скрытно и бесшумно. По щёкам его катились слёзы, а лицо полностью утратило каменную неподвижность и искажалось жуткими гримасами. Это была абсолютная потеря контроля. На Машу выплеснулся поток отборнейшего мата и лавина хаотично скачущих мыслей. Если опустить четырёхэтажные конструкции, остальное выглядело примерно так: «Что!? Почему!? — внутренне вопил скорчившийся у стены человек. — Невозможно!!! Цейсс! Просветлённый! С защитной поляризацией! Таких! Эффектов! Не даёт!!! Что же теперь? Ожог сетчатки? Слепота!? Всё равно что умереть! Сучка драная! Но ведь не было прикрытия!!!»