Интрузия

   Барго Кисьядес, по кличке "Кочегар". Занят делом.

   Барго вытащил из топки длинным багром спёкшийся раскалённый блин шлака на поддон и оставил дверцу открытой. Всё. Отопительный сезон закончился, слава Всевышнему. Плохо только то, что он закончился в его смену. Не свезло. Побрызгал водой на пол и начал его подметать. Порядок должен быть во всём, хоть некоторые этого не понимают. Сгрёб на лопату пыль, куски шлака, угольную крошку, вывалил всё на поддон и утащил к бункеру с отходами.

   Стих вой насосов, прекратилось нескончаемое бульканье воздуха в расширительных баках, и, сквозь внезапно наступившую тишину, послышался щебет какой-то пичуги. Весна в разгаре. Барго встал на крыльце котельной и подставил лицо яркому солнцу. Сдать дела завхозу и можно быть свободным до осени. Завхоз, старый хрен, славился своим занудством и умением свои убытки повесить на кочегаров. Вот же угораздило попасть на закрытие сезона в мою смену, еще раз лениво подумал Барго и пошёл переодеваться.

   Явился Игрим, опоздал на полчаса, паскуда, проверил манометры, термометры, выключатели и задвижки, заставил сдать не только спецовку и сапоги, но и старые дырявые верхонки. Три лома, четыре лопаты - совковые и штыковые, вагонетку, кайло, лежак и прохудившийся матрас. По описи багры, топоры, вёдра, огнетушители и кошму с противопожарного щита. В углу котельной стояла сломанная тачка - с виду совсем целая, но прикасаться к ней Барго не хотел. Колесо было вставлено в сломанную ось, а завхоз мог содрать за неё как за всю тачку в целом, а это в планы кочегара не входило.

   - Износ матраца больше положенного! - хрипел астматик, - вычту у тебя из зарплаты.

   - Ни хрена, - заявил Барго, - на всех поровну поделишь.

   На сапоги были свои планы, но завхоз хотел Барго продать их за почти полную стоимость. Эта овчинка не стоила выделки - на толкучке можно было бы взять не хуже, но дешевле. Всё равно обувь больше одного сезона в поле не выдерживают.

   - Так, что у нас тут еще по списку...

   - Ты, Игрим, давай быстрее, у меня смена закончилась, мне ваще похрен твои накладные. Мне ещё к начальнику с отчётом. Кстати, я ему про сапоги и верхонки могу намекнуть.

   Завхоз наверняка делился с кем надо, поэтому пропустил замечание мимо ушей, но тот факт, что какой-то кочегар может вот так запросто заходить к бугру, его смутила. Видно было, что он тоже тяготился занудным учётом ломов и лопат. На таком барахле много не сделаешь, то ли дело поставки угля. А "отчёт" Барго нес в конверте, проставиться начальнику котельной, чтоб не забывал его на следующий сезон, оно ведь лето длинное, соискателей много. Работа имела, помимо зарплаты, ещё одно немаловажное преимущество: летом можно было отдыхать. Некоторые кочегары выезжали по деревням, наниматься к фермерам, пять-шесть мешков риса, картошки, муки или проса было хорошим подспорьем в зимнюю пору. Но Барго на фермерскую работу не ходил. Мало того, что за ломовую работу платили сущие таньга, так ещё и минус подоходный. Налоги Барго не любил, точнее, не понимал, зачем нужно их платить. Поэтому всю свою летнюю деятельность организовывал так, чтобы обойтись наличными, из рук в руки, и исключительно с проверенными людьми. Зимой тоже свободного времени навалом - сутки через трое, есть время на личные дела. На всё хватает, и на курсы ездить, и книжки почитать, и отремонтировать всё сломанное, а потом его продать.