Интервью Татьяны Восковской с Владимиром Сорокиным

Интервью Татьяны Восковской с Владимиром Сорокиным

"Насилие над человеком - это феномен, который меня всегда притягивал..."

Татьяна Восковская: Владимир, скажите, какие писатели, поэты повлияли на ваше творчество?

Владимир Сорокин: Мои детские травмы прежде всего повлияли. Их было достаточно много.

Т.В.: Травмы душевные?

В.С.: И физические. Я был довольно аутичным ребенком, я был погружен, жил как бы параллельно в двух мирах: мире фантазий и мире реальном. Если говорить о влиянии, то на меня больше повлияли кино и изобразительное искусство, чем литература.

Т.В.: А какое кино?

В.С.: Кино разное, кино как принцип вообще, как создание некой реальности. Кино было близко моим фантазиям. Изобразительное искусство - уже позднее. Это, конечно же, сюрреализм, поп-арт и соц-арт. В этой мастерской я оказался впервые в 1977 -м, Булатов и Кабаков - они повлияли на меня. Я попал к Булатову, когда сам занимался графикой, но непонятным образом они стимулировали процесс писания. Мои первые литературные опыты им очень понравились, они это приветствовали, что меня вдохновило. Это если говорить о влиянии. Джойса я прочел потом, и литература на меня так не повлияла, как изобразительное искусство. Процесс фантазирования и переживания этих фантазий для меня первичен, а литература по отношению к нему вторична. Мир фантазирования, в котором я живу до сих пор, развивается как и я, прошел со мной все периоды.

Т.В.: То есть вы себя ощущаете все время параллельно в двух мирах: реальном и фантазийном. Что вам нравится больше, где вам нравится больше себя ощущать - или нравится сравнивать?

В.С.: Понимаете, у меня нет механизма оценки этих миров, они как бы есть и от них никуда не денешься. Я не могу их оценить, какие они - хорошие или плохие. Но в общем жизнь, конечно, тяжела, довольно муторна.

Т.В.: Довольно муторна в силу каких-то бытовых или других обстоятельств?

В.С.: Нет, вообще телесность наша, наша зависимость от тела, необходимость учитывать его постоянно, с ним считаться, учитывать других людей...

Т.В.: А вы следите за тем, что происходит сейчас в "молодой" русской литературе, вам это интересно?

В.С.: Я вообще слежу за молодым поколением, это очень интересно. О литературе сейчас говорить смешно, потому что не время литературы вообще, потому что произошла полная победа визуальных практик, они целиком подавили печатное слово. Оно лишено своего прежнего мифа, и влияние визуального будет расти через визуальную практику. Поэтому для меня сейчас интересна не литература молодых, которой просто нет, а вот то, что происходит со словом вообще, как оно мутирует под влиянием визуальных практик и как оно меняется.

Т.В.: И именно в силу осознания этого обстоятельства вы решили заняться другими формами, например киносценариями?

В.С.: Ну, в общем, да. Сейчас к литературному процессу в чистом виде я пока не хочу возвращаться. Думаю, я вернусь к нему потом, но сейчас интересно проникнуть в другой жанр, там сейчас "живое место", я это чувствую просто очень хорошо, там интересно работать.

Т.В.: Какое кино вы смотрите сейчас?

В.С.: Разное, я всегда смотрел разное кино. Мои привязанности довольно широки: от "Pulp Fiction" до "Кубанских казаков". В кино мне нравится многое.

Т.В.: Вы используете его прежде всего как материал?

В.С.: Да, конечно. Материал и удовольствие. Я всегда получал удовольствие от кино.

Т.В.: Владимир, у вас растут дочери-близнецы. Скажите, вас никогда не интересовала тема двойников, близнецов в литературе, кино?

В.С.: Нет, как ни странно. Видимо, потому что они всегда были рядом, уже 16 лет. Я один раз видел своего двойника, и это действительно большое впечатление. Но не могу сказать, что я был очарован этой темой - как Набоков, например.

Т.В.: А вы следите за тем, что читают, смотрят ваши дочери?

В.С.: Нет, я никогда не чувствовал себя отцом в традиционном понимании, потому что, видимо, никого ничему не способен научить, кроме приготовления какого-нибудь блюда. А что касается образования, каких-то семейных советов - здесь я полный ноль, поэтому всегда себя чувствовал скорее их родственником, братом, только не учителем.

Т.В.: Владимир, вы упомянули, что можете научить приготовлению какого-нибудь блюда. Вы любите готовить?

В.С.: В общем, да, я делаю это с любовью. Когда не пишется и надо чем-то руки занять, я либо играю в шахматы, либо смотрю кино, либо готовлю.

Т.В.: А какую кухню вы предпочитаете?

В.С.: Сейчас - русскую. Рецепты забытые, которые никто не помнит. Вообще эта кухня у нас во многом забыта.

Т.В.: Какое ваше "фирменное" блюдо?

В.С.: У меня их несколько. В основном это рыбные блюда.

Т.В.: А водку вы пьете?

В.С.: Да.

Т.В.: А чем закусывать предпочитаете?

В.С.: Пожалуй, соленым огурцом.

Т.В.: Владимир, если бы вы составляли школьную программу, вы бы включили туда свои произведения?