Интересная охота (Веня Лавочкин -2)

Алексей Глушановский.

Интересная охота

(Веня Лавочкин -2)

Великий гном-сюрвайвер Веня Лавочкин скучал. Нет, право, глупейшая была идея, - отправиться на охоту. И ладно бы это была какая-нибудь достойная его, знаменитого и могучего гнома-сюрвайвера охота, - на бешенных тигров-людоедов, озверевших слонов, или обожравшихся мухоморами до полного озверения медведей. Но нет! Это была примитивная, абсолютно скучная, и ничем не примечательная среди подобных себе, охота на уток. Слабых, беззащитных созданий, которые и простейшего противозенитного манёвра выполнить не в состоянии!

Соблазненный предложением своего старинного приятеля, - ‘уток и водки будет уйма! - И настреляешься, и напьешься’ - Веня поддался на эту, заманчивую, как ему тогда казалось, инициативу и поехал отмечать открытие охотничьего сезона на озеро Айдыкуль, - изрядно заболоченное, но, тем не менее, очень красивое и богатое как рыбой, так и дичью озерцо в Челябинской области.

Но к сожалению, все оказалось далеко не так радужно. Нет, Гена его не обманул, уток действительно было много. Венин полуавтоматический дробовик двенадцатого калибра, даже перегрелся от непрерывной стрельбы, а у ног великого гнома-сюрвайвера выросла большая кучка из двадцати крякв, сорока чирков, несчитанного количества лысух и одной вконец обнаглевшей вороны, сдуру решившей, что она, ввиду своей несъедобности, может безнаказанно гадить на великого сюрвайвера.

Порция свинца, прилетевшая ей вдогон сразу после произведенной ‘бомбардировки’, быстро разубедила ‘серую разбойницу’, но было уже поздно и охотничий камуфляж Вени ‘украсило’ непредусмотренное дизайном позорное пятно, что значительно испортило и без того не самые радужные впечатления.

Но если бы этой мелкой неприятностью все и ограничилось! Увы. Вторая часть программы, а именно, распитие ‘Aqua vitae’ из поллитровых сосудов в хорошей компании оказалось далеко не таким заманчивым мероприятием, как Веня рассчитывал.

Нет, с количеством водки проблем не возникло. Запасенных приехавшей на пару суток компанией охотников пяти ящиков живительного напитка, было вполне достаточно для хорошего отдыха кому угодно. И даже знаменитому гному-сюрвайверу, данного количества оказалось вполне достаточно, чтобы слегка расслабить вечно напряженный, готовый в любую минуту отразить внезапное нападение подло подкравшегося врага могучий организм великого воителя.

Но в чем же тогда заключалась причина недовольства славного охотника? Этого, пожалуй, он и сам не мог сказать. Может быть, причина была в том, что из-за привычки к куда более серьезной, сложной и опасной ‘дичи’, ему было просто неинтересно бить медлительных и глуповатых нырков, предсказуемых, жирных крякв и остальных пернатых, совершенно беззащитных перед хорошо вооруженным, метким стрелком.

А может, причина была в том, что, едва они успели ‘раздавить’ всего-навсего шестую бутылку (ну что такое каких-то три литра водки, к тому же разделенные на четверых охотников, для опытного сюрвайвера?) как он практически лишился возможности полноценно общаться.

Речь его собеседников, по каким-то неведомым причинам, (наверняка происки злобных врагов) замедлилась и стала невнятной, и вместо дружного, ласкающего слух настоящего сюрвайвера коротко-решительного ‘Будем!’, или мягко-намекающего: ‘Ну, за здоровье!’, все чаще и чаще следовали какие-то невнятные, длинные и занудные тосты типа: ‘Летел могучий орел над вершинами белоснежных гор. Летел над морями. Летел над полями. Попытался и над озером пролететь. Но не вышло это у гордой птицы. Сбили. Так выпьем же за то, чтобы никто и никогда не принял нас за утку, и нам не пришлось выковыривать дробь из задницы!’

Глупый тост. Однозначно глупый. Хотел бы Веня посмотреть на того несчастного, который мог бы принять его могучий организм двух метров тридцати сантиметров ростом, при ста шестидесяти килограммах литых мышц и прочнейших костей веса за какую-то несчастную утку! Поглядеть, пощупать за шейку, выпить за упокой души…

Но… подобных ‘экстремальных самоубийц’ на всем протяжении длинного и весьма извилистого жизненного пути великого гнома-сюрвайвера, пока еще не встречалось. А уж всяких-разных, весьма и весьма неординарных встреч у Вени Лавочкина было с преизбытком!

О чем он, кстати, и не замедлил проинформировать своих товарищей, предложив вернуться к так понравившемуся ему краткому, мудрому и многозначительному ‘Будем!’ в качестве тоста.

Увы. Его собутыльники (во всех других отношениях, и трезвом состоянии - замечательные, уступчивые люди) на этот раз оказались с ним просто категорически несогласны. Они, наоборот, с пьяным жаром начали приводить многочисленные известные им несчастные случаи на охоте, происходившие с будто бы им лично известными людьми.

Затем, как-то незаметно, разговор от неприятных происшествий и нечаянно подстреленных на охоте людей, перешел на интересные и необычные случаи и подстреленных зверей. И уж тут-то, Вене Лавочкину, равных не было.