Иная форма

Этим утром Онис Валлар проснулся с ощущением, что сегодня случится что-то важное. Но это чувство совсем не касалось того факта, что его младшему брату Редо в этот день предстоит пройти Обряд трансформации в связи с достижением половозрелости. Изнутри поднималось предвкушение чего-то волнительного, касающегося только его лично. Юноша прислушался к себе, но никаких особенных физических изменений не ощутил. Вроде обычный терранин, высокого роста, с широкой грудной клеткой, как у большинства взрослых мужчин. Лоб был немного высоковат, но он урановешивался достаточно мощной челюстью. Оранжевые, слегка отливающие красным волосы и глубокого синего цвета глаза. Онис ощущал себя вполне взрослым, несмотря на то, что Обряд трансформации он прошел всего четыре года назад. Обряд проходили все, кому исполнилось пятнадцать на тот момент, хоть половое созревание у каждого подростка происходило в разный период. Некоторым, рано повзрослевшим, приходилось учиться сдерживать и контролировать порывы организма к непроизвольным изменениям. С этими проблемами детям помогали в доме Мудрости, где кроме этого они проходили обучение разным наукам. Некоторые, завершившие Обряд, вызывались волонтерами и помогали учителям и воспитателям. Онис не был исключением.

Пора было подниматься, приводить себя в порядок и направляться на волонтерскую службу. Юноша свесился из гамака, намереваясь выскользнуть из него, но запутался ногой в одеяле и с грохотом рухнул вниз. На звук в комнату заглянула мать и, увидев Ониса на полу, лишь покачала головой, посмеиваясь. Несмотря на то, что Онис был достаточно взрослым, для нее он всегда оставался малышом.

Как только за Луной закрылась дверь, Валлар вскочил на ноги и принялся искать одежду, борясь с желанием просто нарастить чешую в нужных местах, что было бы, конечно, быстрее, но Старосты запрещали использовать трансформацию для решения таких несущественных проблем.

Одежда нашлась тут же на полу, в самом углу комнаты, рядом с холщовой сумкой на длинной лямке. Онис подобрал с пола штаны из грубой ткани, и из карманов посыпались желтые шарики — семена растения, которое Старосты называли деревом Света. В городской больнице отвар из этих семян обычно использовали как болеутоляющее, потому что они обладали анестезирующими свойствами. Но у Ониса были предположения об еще одном качестве этих семян. Именно поэтому он вчера ходил в лес, хотя Совет Старост запрещал посещать дальние леса в одиночку. Но если бы он пошел туда не один, ему пришлось бы объяснять своему спутнику причину, а Онис очень не хотел, чтобы отец от кого-нибудь узнал об истинном увлечении сына.

Эйко Валлар был лучшим охотником города, и младший братишка Ониса, еще будучи малышом, с восторгом таскал за собой кусок плетеного шнура. Он представлял, что это его личный боевой хлыст, пусть сделанный не из лианы ядовитого дерева, как у отца, а из простой витой веревки. Быть сыном такого прославленного охотника, как Эйко, было бы честью для любого мальчишки в городе, но, к сожалению, Онис почти не интересовался охотой. Его больше привлекали растения и возможность поиска нового в этой области. Отец был, конечно, очень недоволен тем, что его старший сын не интересуется семейным делом, и не оставлял попыток привлечь Ониса к охоте.

Валлар рассовал семена обратно по карманам и наспех оделся. Затем, прихватив сумку, выскочил из дома, на бегу заправляя рубашку в штаны и застегивая ремень. Луна что-то крикнула ему вслед про завтрак, но он ее уже не услышал.

Снаружи было солнечно, как будто природа заранее знала об обряде и решила создать для него самые благоприятные условия. В столь ранний час многие горожане начинали свой обычный будний день, но хватало и просто гуляющих, радующихся теплой солнечной погоде.

Онис торопливо шел, можно даже сказать — полубежал, не забывая здороваться со знакомыми, встречающимися на пути.

— Эй, Онис! — раздался крик от прилавка с фруктами.

Валлар обернулся и еле успел поймать около своего лица спелый плод радостянки. Ива Даттак, подруга детства, смеялась, зажимая рот руками.

— Прости, Онис, — крикнула она. — Я не рассчитала свой бросок.

— Все ты рассчитала, — смеясь, крикнул юноша, на бегу откусывая от фрукта. Сладкий сок брызнул ему на лицо, и он торопливо вытер его рукавом рубашки.