Иллэя. Возвращение

«…и возвращается ветер на круги своя»

Ветхий Завет,

Книга Екклесиаста, глава 1, стих 6.

Глава 1.

«…Земляне улетели, практически не попрощавшись. Больше я о них никогда не слышал. Возможно, что они никогда не смогут очиститься от своих негативных мыслей и дурных помыслов, иначе их не примет этот мир, их не примет Иллэя!»

Лиза дочитала последние рукописные строчки воспоминаний Фёдора Ивановича Травникова и закрыла старую потёртую тетрадь. Задумавшись о прочитанном, у неё наконец-то стала вырисовываться стройная картина произошедших много – много лет назад событий здесь на Иллэе, о которых она имела до этого лишь туманное представление. Также в её сознании пропала завеса таинственности над всей истории об этой планете. Однако сейчас возникла дилемма, которую ей надо было решить как можно скорее. С одной стороны, она была кадровым астронавтом, служившей в специальном секретном отряде Управления Делами Космоса и была на особом задании, которое теперь было провалено трагическими недавними событиями. Эти внезапные события поставили под угрозу её собственную жизнь. Сведения и предпосылки этого задания были весьма логичные и многое поясняли. С другой стороны, неожиданная встреча и эта толстая тетрадь объясняли те же самые явления, но с иного ракурса и также очень достоверно. Она не знала, не понимала, кому следует верить. Тому, кто взрастил, воспитал и обучил всему её или тому, кого она видела всего несколько минут, тому, чьи строки прочла только что. Внутри неё шла ожесточённая борьба разума и чувств.

Она сидела на берегу живописнейшего озера посреди прелестного леса, немного согнув колени, а спиной упираясь в ствол дерева. Дерево напоминало ей клён, только не с зелёной, а с тёмно-бордовой листвой, слегка розово-синего оттенка в лучах местного солнца. Ствол был теплый широкий и немного шершавый. Сидя на мягкой траве, она вдыхала волнительный аромат окружающей природы. Водная гладь озера отражала молочно-белое небо и это яркое-оранжевое солнце, клонящееся к закату. Её лётный серый комбинезон был расстёгнут у шеи, потому что день был весьма жарким. Она была на берегу весь день и читала в старой толстой тетрадке историю пилота второго класса, которого судьба забросила в этот уголок Вселенной, и который обрёл тут покой. Убористый, местами неровный почерк Травникова сначала ей было сложно разобрать, но потом она приспособилась, с интересом вчитываясь в эти строки. Иногда она перечитывала отдельные фрагменты повествования, чтобы лучше понять суть изложенного.

Легкий ветерок дул в спину Лизе и чуть трепал её тёмно-коричневые прямые волосы, остриженные у самых плеч. Её красивые почти зелёные глаза смотрели вдаль на противоположный берег озера. Там сиял лес, сквозь который проникал предзакатный свет, создавая удивительной красоты сочетание ярко-оранжевого и тёмно-бордового. Лиза не видела ни этой красоты, не замечала ни звенящей тишины, она сосредоточено обдумывала сложившуюся ситуацию и полученную информацию. Она отчётливо понимала, что это не художественный вымысел постаревшего пилота, а автобиографическое документальное повествование с абсолютно правдивыми фактами. Её уверенность в этом подтверждалась личностью того, кто передал ей эту тетрадь, а также её собственными чувствами к нему.

У неё отсутствовала связь с базой, её корабль, командир и члены команды десанта на эту планету погибли. Выжила только она одна благодаря, как она считала до этого, нелепой случайности. Теперь же, после прочтения труда Травникова, она не могла назвать произошедшее «нелепой случайностью». Судя, по всему, если принять за реальность всё, о чём говорит в этих мемуарах Фёдор Иванович, ей оставлена жизнь не просто так, а для чего-то, для какой-то миссии. Вот только для какой?

– Что я должна здесь сделать? Если всё, что пишет тут этот землянин правда, то ты меня слышишь, ты меня чувствуешь, ты меня знаешь! – Лиза говорила громко, тряся в вытянутой вверх руке потертой тетрадью и обращаясь ко всей округе, в глазах у неё стояли слёзы, – зачем ты меня оставила в живых? Зачем?! Ты же поняла, узнала цель нашего прилёта сюда! Ты должна была тоже сожрать меня там..!

– … меня там… меня там…, – отозвалось эхо над водной гладью озера.

Лиза уронила голову на полусогнутые колени и горько заплакала, наверное, впервые в жизни. Ей было страшно, но она старалась крепиться, однако ей это не удавалось.

– Я же твой враг! Ты прекрасно знаешь, что мы прибыли с целью уничтожить тебя и покорить эту землю! Почему ты меня оставила…?! Я не понимаю…

– …понимаю…, …понимаю…, – вторило эхо.

Лиза всхлипывала, глаза застилали слёзы, и она ничего не видела сквозь эту мутную пелену.