Игрушка Тёмного Лорда

Абсолютная темнота.

Кира моргнула, пытаясь разглядеть своего мучителя, но тщетно. На её глазах не было повязки, но сгустившаяся вокруг неё магическая тьма была совершенно непроницаемой. Остались только звуки и ощущения.

Её тело, лежащее на твёрдом камне с безжалостно разведёнными в стороны ногами, руки, вытянутые над головой и прикованные к металлическому кольцу, и тишина, предвещающая лишь тьму.

Она была совершенно беспомощна.

И хуже всего, в том, что с ней происходило, виновата была она сама.

До неё доносился далёкий плеск воды. Когда-то подвалы Академии были тюрьмой, отчаянно вспомнила Кира. И ходили слухи, что некоторые маги были столь опасны, что их просто оставляли в ритуальном круге, высасывающим силы, запирали решётку и уходили.

Её никто не найдёт здесь, помертвев, поняла она. Никто не знал, что она отправилась в подземелья вместо того, чтобы мирно заснуть в маленькой спальне, которую они делили с Лорейн. И пока её не хватятся, тот, кто приковал её здесь, может сделать с ней вообще что угодно.

Холодный шёпот, внезапно наполнивший подземный каземат, был похож на шипение змеи, готовой прыгнуть и вцепиться клыками в лицо.

– Я не звал вас сюда. В коридоре, ведущему в эту камеру, и на её двери стоят отвращающие чары. Я думал, это понятный каждому адепту знак, что внутрь заходить не стоит.

Кира сглотнула.

Вверх по её бедру поверх тонких джинсов проскользило что-то стальное и острое. Кинжал, с холодком поняла Кира. Остриё клинка упёрлось в просвет между пуговицами блузки на животе. В следующий миг резкий взмах лезвия вспорол ткань, и пуговицы покатились по полу. Кира дёрнулась, инстинктивно пытаясь прикрыться руками, но металлическое кольцо держало крепко.

– Пожалуйста, – шёпотом попросила она, – отпустите меня. Я никому не скажу, обещаю, клянусь…

– Ваши обещания меня не удовлетворяют, – прошептал голос над её ухом. – Мне нужна магия той, кто должна быть здесь этой ночью, и раз уж её здесь нет, подойдёт и ваша.

Послышались шаги: её неведомый оппонент обходил её тело по кругу. Холодное лезвие вновь скользнуло по животу, откидывая в сторону остатки блузки; кончик прошёлся по голой груди, задев напрягшийся сосок. Кира снова дёрнулась, чувствуя, как напрягаются мышцы между ног, и закусила губу, чтобы случайно не застонать.

– Я не знала, что здесь будет… такое, – выдавила она. – Лорейн попросила меня подменить её в простом ритуале, всего лишь постоять в центре круга!

Но Лорейн не упомянула ни про цепи, которые мгновенно обвили её лодыжки, ни про сложнейшую структуру ритуального круга, которую она успела заметить перед тем, как чужая магия швырнула её на плиту, развела в стороны ноги и погрузила во тьму.

– Я не знала, – шёпотом повторила Кира. – Она обещала, что мне заплатят, и…

– Лорейн обещала, что я вам заплачу? – насмешливо переспросил голос. – Интересное предположение.

Она услышала шорох мантии, словно кто-то опустился на колени рядом с ней, А следом почувствовала, как тонкое каллиграфическое перо, которое удерживала твёрдая рука, небрежно выводит на её голом животе подобающие руны, почти не царапая кожу. Кира сглотнула: прикосновение металла не было ей неприятно, но в эту минуту она чувствовала себя не живой девушкой, а вещью, на которой пишут.

– Как вас зовут? – бесстрастно поинтересовался голос. – Должен же я знать, кто будет донором в моём ритуале, чтобы знать, кого звать с той стороны.

– Кира, – прошептала она. – Кира Риаз.

– Первый год обучения? Второй?

– Первый.

– Это заметно. У адепток второго года обучения появляется инстинкт самосохранения. Не думаю, мисс Риаз, что вы переживёте этот год.

По её животу словно пробежал слабый электрический ток, и перо тут же исчезло, сменившись тонкой кистью, с хирургической точностью расчерчивающей её живот и низ груди. Второй слой защитных рун, с холодом поняла Кира. О подобном она читала лишь в конспектах. Кто бы ни собирался использовать её как донора в ритуале, он не шутил.

– Что ж, мисс Риаз, – заключил всё тот же ужасный голос, – за своеволие нужно платить. Вы вызвались подменить Лорейн в магическом круге? Стать донором в неизвестном ритуале? Поздравляю, у вас получилось.

Кисточка высохла на половине линии; короткое ругательство, и Кира ойкнула, почувствовав, как следующая влажная полоса прошла прямо через её пупок.

– Не дёргайтесь, – сухо сообщил голос. – Вы же, насколько я понимаю, участвуете в подобном ритуале не первый раз?

– Я…

Никто об этом не знал, мысленно повторила Кира, как повторяла себе уже десятки раз. Никто не знал, как и кто использовал её в качестве донора пять лет назад, рисуя страшные убийственные руны на её груди, и сам ректор Академии, милорд Антейн, обещал ей, что никто и не узнает.

– Я… нет. В первый.

– Врёте, – задумчиво констатировал голос. – Интересно.

Под ней одна за другой зажигались руны: зеленоватый свет начал рассеивать тьму облаком светлячков. Кира широко распахнула глаза и ахнула.

– Профессор Деннет…