Игра в Чатурангу

Пышный дворец, с большой террасой и каменными перилами в пояс. Он стоит на высокой горе и, кажется, что покоится прямо на облаках. Пока весь мир томится от полуденного зноя, здесь на лёгком ветру и в тени куполов хорошо, прохладно и спокойно. Никто не беспокоит, царедворцы на послеобеденном отдыхе. Крупный, седой мужчина в белом одеянии и с золотым венцом всевластия на голове стоит, положив руки на перила. Далеко внизу, в долине, копошатся крохотные человечки. Кто-то ковыряется на возделанных полях, кто-то загоняет зверя или ловит рыбу. Над домиками курятся дымки. Это женщины готовят пищу. Жизнь течёт. А там что? Люди таскают камни для строительства храма. Это тоже хорошо. Вера в бога организует, наполняет жизнь смыслом. Пусть строят.

Владыка отходит от края террасы, идёт к небольшому столику, богато инкрустированному драгоценными камнями. На столике ваза с фруктами, доска, расчерченная на черно-белые квадратики. На ней и рядом деревянные разноцветные фигурки. Четыре цвета — четыре игрушечных войска. В каждом свой командир — раджа, колесницы — ратха, конница — ашва, боевые слоны — хасти и пешие воины — падати. Каждый — творение рук мастера. Красные фигурки вырезаны из малавского падуса, зелёные из бакаута. Именно его древесина отливает зелёным цветом. Ради войска жёлтого раджи пришлось посылать в Бразилию. Именно там растёт гуатамбу — жёлтое дерево. И конечно же чёрные фигурки изготовлены из твёрдого эбенова дерева. Искусная работа. Хотя, нет. Владыка трогает чёрного падати — пешего воина. Вот здесь, у мастера дрогнула рука — на голове у фигурки след от резца, словно шрам.

— Чатуранга? — слышится за спиной.

Правитель оборачивается. Он не слышал, как на террасе появился молодой человек в сияющих одеждах. Ему позволяется нарушать покой повелителя. Сын, чертами схожий с владыкой, только безбородый. Молодой человек обходит столик, становится перед отцом.

— Забавная игра, — касается он одной из фигурок чатуранги, — позволяет на какое-то время ощутить себя властителем судеб, владыкой деревянного войска.

Губы его трогает насмешливая улыбка. Отец совсем не по-царски чуть склоняет голову набок, глядит испытующе:

— Хочешь покомандовать живыми людьми?

Сына это нисколько не смущает:

— По крайней мере, в этом больше смысла, чем просто передвигать деревяшки.

Взгляд юноши дерзок. Умница, талант, считает, что достоин большего. Молодые всегда максималисты. Им надо всё и сразу. Запретами от ошибок их не уберечь. Как объяснить, что мудрость приходит не с годами, а с потерями.

— Если тебе не дороги те, кем управляешь, они тоже будут для тебя вроде деревяшек, — изрекает отец.

Сын словно не слышит:

— Полюбить можно лишь своё. Позволь мне иметь своих подданных.

Владыка вздыхает:

— Управлять надо уметь.

— Сыграем в чатурангу? Мастерство манёвра деревянным войском не будет для тебя доказательством?

— Нас же двое, — удивлённо поднимает брови отец, — За чатурангу садятся вчетвером. По одному за каждого раджу.

— Нам ли постигать искусство союзничества и предательства? — хмыкает сын, — Честный бой один на один, без помощников и советчиков. Так даже интересней. Пусть каждый играет сразу за два войска.

— За плохого и хорошего раджу?

— Почему так? — не улавливает мысли сын.

— Они же разных цветов, — улыбается отец, — Чёрный и красный, жёлтый и зелёный. Характеры разные: скорый и задумчивый, коварный и благородный, жестокий и добрый, положительный и отрицательный.

— Плохой и хороший раджа, — подхватывает сын, — Сразу играть за плохого и за хорошего. За добро и за зло. Символично. Победителю приз.

— Какой? Что ты хочешь? — отец опять с любопытством склоняет голову чуть набок.

Сын тянет подбородок выше:

— Дай мне шанс, право на действие. Ты правитель, ты делаешь всё. Позволь в случае победы что-то сделать самому.

— Отчего ж? Сыграем, — соглашается отец и начинает расставлять фигурки, — Уговор, так уговор. Да, и помни, у всего в мире есть душа, даже у простой деревяшки.

Индия времен Махаджапанадов. Удельные князья пытаются расширить свои владенья за счёт соседей. Отряд одного из них идёт по владениям чужого раджи. Слева река, справа джунгли, впереди холм, за которым, если верить проводникам, столица сопредельного государства.

— Выровнять ряды! — прокатывается волной по войску.