Игра королев

Мег Дуглас, Маргарет Дуглас, графиня Леннокс… — повторял про себя юный Скотт, ослабив поводья. Что могло связывать блестящего, ни от кого не зависящего Лаймонда и эту женщину? Следуя за Лаймондом на север, Уилл долго размышлял об этом предмете и о многих других, в частности, и о женщинах тоже. Он вспомнил холодный, сырой лагерь после рейда. Лаймонд — особенный, таких больше нет; может быть, ему дозволено иметь особенные отношения с Кристиан Стюарт? Может быть. Его это не касается. Но именно поэтому — у каждого есть свои частные дела — он и не сказал Лаймонду ни слова о своем обещании встретиться с Бокклю. Его мотивы были довольно невинны — он просто хотел немного подразнить старика, показаться ему в своем новом обличье. Но он ничего не сказал Лаймонду.

Они направлялись к новому убежищу. Вокруг их прежнего дома — Башни — стало слишком многолюдно, и Лаймонд решил перебраться. Завтра Скотт должен был ехать к старому жилищу и руководить сборами. А эту ночь он собирался провести в их новом жилище в Кроуфордмуире.

Золотые шахты в Кроуфордмуире были не очень старыми. Датчане, немцы и шотландцы разрабатывали эти шахты в течение тридцати лет, а вдовствующая королева Мария де Гиз привезла из Лотарингии и французских шахтеров. После смерти короля Иакова V королева не возобновила контракта и шахты оказались заброшенными. На болотистой почве стояли полуразрушенные хижины и сараи, а вокруг валялись проржавевшие лопаты и тачки.

Золотая жила была здесь не очень богатой, но можно было намыть золотого песка, в котором порою встречались и крошечные самородки. Сюда время от времени наведывались случайные золотоискатели, которых, бывало, ждала удача, и они уносили завернутые в тряпье самородки в надежде, что знакомый ювелир закроет глаза на закон, согласно которому десятая часть всего золота Кроуфордмуира принадлежит короне.

Именно сюда Лаймонд и привел Скотта. Пробирались они сквозь лесные чащобы и болотные топи, и здесь, на высоте две тысячи футов над уровнем моря, остановились и юноша огляделся вокруг. Золотоносный участок находился между четырьмя реками — древние полагали, сказал Лаймонд, что и Эльдорадо лежит между четырьмя реками. Кроме рек, было у этого места и еще одно преимущество — множество путей отхода.

Лаймонд указал Скотту на поднимавшийся в горы выжженный участок, по которому передвигались фигурки людей.

— Твои соратники моют золотишко. Это развлекает их и позволяет пополнять нашу казну. Кроме того, поисками золота можно объяснить наше присутствие — а появится кто-то чужой, мы его живо отвадим. — Лаймонд повел Уилла дальше, к месту их назначения — превосходной каменной башне с толстыми стенами и узкими окнами, построенной в поросшей травой впадине. Там, в их новом зимнем обиталище, Скотт и провел ночь. На следующее утро, радуясь возможности проявить некоторую самостоятельность, он направился к старой Башне. Немного позднее уехал и Лаймонд, путь которого лежал в Танталлон-Касл.

— Я глубоко опечален тем, что вынужден отвергнуть ваш план, — сказал сэр Джордж, — но никакой альтернативы нет. Если вы хотите, чтобы я нашел для вас Харви, вы должны продать мне Уилла Скотта.

Лаймонд лениво проговорил:

— Таким образом вы создаете впечатление, будто и в самом деле чем-то сильно навредили англичанам. Неужели нельзя поправить ваши отношения с ними каким-нибудь другим способом? Я могу сделать несколько неплохих предложений. Могу уступить кой-какие политические сведения. Или Грея больше не интересуют наши жизни, наши радости, наш правитель, наша королева? — На его спокойном лице застыло слегка вопросительное выражение.

Разговор этот происходил в восточной башне Танталлона. За окном бушевало северное море, посылая новые и новые волны на стофутовые скалы. Где-то вдалеке, в белом тумане, пряталась скала Брасс, с которой срывались бакланы, выслеживающие в воде свою добычу. Дуглас нетерпеливо отвернулся от окна.

— Если бы я мог осуществить эту сделку, просто приобретя у вас кой-какие сведения, то я бы пошел на это. Я готов от своего собственного имени купить у вас любую информацию, которую вы можете предложить. По этой причине, как вы могли заметить, я избегал упоминать ваше имя в своих письмах. И я не назвал вашего имени лорду Грею, хотя — давайте говорить откровенно, господин Кроуфорд, — мне не составило труда догадаться о том, кто вы. Надеюсь, с господином Сомервиллом вы обошлись не так сурово, как с сэром Эндрю. — Он несколько мгновений молчал. — Вы плаваете в глубоких водах, верно, Кроуфорд?

— Ну что ж, жить в водных просторах очень занимательно, — ответил Лаймонд. — И безопасно. Если вас это интересует, то Гидеон Сомервилл пребывает в добром здравии, а Джонатан Крауч находится у себя дома. Значит, остается добраться до Сэмюэла Харви.

Сэр Джордж рассуждал как человек практический: