Игра двенадцати зверей

Форма Обезьяны

Стихия: Огонь

Сторона: Ян

Облака влажной клубящейся тьмой подступили со стороны океана. Засверкали молнии, дождь встал стеной. Привычно побежали реки по улицам, вымывая накопившийся мусор. Студенты, собравшиеся возле аэропорта, недовольно ворча, кутались в куски полиэтилена, стараясь, чтобы вода не попала на книги. Впрочем, этот ливень обещал быть коротким, несмотря на начинающийся сезон дождей. Впереди будет целая ночь, чтобы готовится к экзаменам в свете фонарей посадочной полосы и перрона. Этот бесплатный свет – самая ценная часть аэропорта. Если не считать близость мечты. Мало кто из учеников не думал о том, как однажды сядет в огромный самолет, чтобы улететь в Европу. Скажем, на научную конференцию. А потом останется там по стипендии или гранту.

Ливень еще не закончился, когда из низко нависающих туч послышался утробный грохот. Ученики высунули любопытные носы из-под мутных полиэтиленовых листов – ни дать ни взять сурикаты при виде джипа, несущегося по саванне. Грохот и вой были необычно громкими. Наконец, разрывая серые клочья тумана, показалось огромное темное брюхо самолета. Он совершенно не был похож на привычный А-330 Air France. Слишком грузный, крылья закреплены в верхней части фюзеляжа. Многие впервые в жизни увидели С-17 Globemaster.

Хищные грузные очертания военного самолета вызвали смутную тревогу, пробежавшую среди учеников тихим шепотом. Кто-то начал сворачиваться, чтобы продолжить учебу дома. Конечно, свет лучины не лучшая замена ярким светодиодным прожекторам – но это лучше, чем быть пойманным под призыв, если начался какой-то конфликт с соседями. Самые смелые остались.

Среди оставшихся была Рокия, симпатичная и высокая девушка семнадцати лет. Дочь колдуна из общества Поро, сама посвященная первой ступени женского общества Санго. Она училась на инженера, и готовила документы для подачи на грант в Сорбонну. Отец предупредил ее, еще утром, что сегодня в аэропорту будет много чужаков. Предстоял тайный ритуал, о смысле которого Рокия могла только догадываться. Но ночью в городе обстановка будет очень напряженной. Еще в начале недели начали съезжаться эмиссары Общества Леопарда. И общества Крокодила. И Общества Гориллы. А еще – много белых чужаков, как сказал отец – со всего мира. Потому что сегодня ночью африканец опять должен был показать свое преимущество.

Ливень закончился – так же внезапно, как начался. Земля заметно парила; клубы влаги призрачно серебрились в свете полной луны. С-17 припарковался на старом перроне, в стороне от современного терминала с двумя телетрапами. Возле распахнутой рампы суетились люди в камуфляже, готовясь к выгрузке чего-то массивного.

Стараясь углубиться в учебник по сопромату, написанный на непривычном английском, Рокия то и дело поглядывала на старый перрон. Как и любая девушка ее возраста, она была очень любопытна. Ее бесили многочисленные табу и ограничения, которым она была вынуждена следовать в своей патриархальной семье. Ей совершенно не нравились все более строго насаждаемые обществом исламские нормы поведения. Ритуалы и возможности Санго – хоть какая-то отдушина, но они приняли решение оставаться в тени. А, значит, если скоро без хиджаба нельзя будет выйти на улицу – винить будет некого.

Рокия вздохнула, вникая в особенно заковыристую формулу. На перроне тем временем закончили выгрузку. Когда с груза сняли брезент – она увидела три военных вертолета. Их тут же стали приводить в рабочее состояние: крепить лопасти, снимать многочисленные заглушки. Рокия удивленно приподняла левую бровь.

Где-то через полчаса в небе зажглись разноцветные огоньки, послышался свистящий звук небольших турбин. На посадку заходил бизнес-джет. Достаточно большой для своего класса, он казался игрушкой после гигантского С-17. Самолет закончил пробег, и встал на перрон возле телетрапов. В это время на створ полосы заходил следующий джет. Всего через полчаса дорогих летающих игрушек в аэропорту было столько, что штатные места для стоянки закончились, и персоналу пришлось расставлять прибывающие борта на рулежках. Слегка ошалев, две машины наземных служб метались среди бортов, стараясь не допустить полной блокировки аэропорта, никогда ранее не видевшего больше двух пассажирских самолетов на перроне одновременно.

Студенты оторвались от конспектов и книг, изумленно разглядывая происходящее на летном поле. Рокия честно пыталась сосредоточиться на сопромате, но то и дело бросала взгляд на самолеты. Она увидела, как из одного «Эмбраера», выкрашенного в кричащий красный цвет, вышла китаянка, разряженная в традиционное шелковое одеяние. Туземная колдунья, не иначе.

«Какого фига? – Подумала Рокия, – отец сказал, это исключительно мужское мероприятие! А эта узкоглазая фифа, получается, будет на нем присутствовать! Я, дитя этой земли, чем хуже!?»